Ольга поднялась, включив свет, зашла в спальню. Желудок мягко дёрнулся, и девушка, зажав рот рукой, еле успела добежать до туалета, где её вырвало. На ватных ногах, шатаясь, Оля вернулась.
Посреди кровати, вытянув кверху окоченевшие лапы, лежала дохлая крыса. Виски и шею девушки моментально покрыла испарина. Оля потыкала носком кроссовки дорожную сумку в страхе, что из неё выскочит ещё одно животное. Лишь убедившись, что в ней никого нет, оттащила её за ручки в коридор. Впихнув внутрь пакет с документами, Оля побрела на кухню.
На столе так и лежали стопки «Вестника». Девушка протянула к ним руку. В недоумении стала раскладывать газеты в обратном порядке, наткнувшись в итоге на ту, где находилось объявление о гибели Марины Шагиной. Она точно помнила, как положила её последней сверху, пересмотрев фотографии всех найденных пропавших девушек. Или нет? Ольга уже ничего не понимала.
Оля прополоскала рот. Ночевать в квартире с дохлой крысой казалось мерзким и абсолютно недопустимым.
Это ж надо было залезть в квартиру и умереть в её кровати! В то же время другая мысль, перебивая первую, назойливо стучала в висках: быть может, ты и достойна только этого? Одиночество и пустая квартира с крысами – как раз самое подходящее состояние и место для тебя!
Из самоуничижительного оцепенения Олю вывел глухой шум, словно кто-то тёрся об её дверь, наваливаясь на неё всем телом в попытке открыть. Чувствуя, как по затылку побежали мурашки, Ольга приблизилась, посмотрела в глазок, но кроме темноты ничего не увидела.
Это было странно, свет на площадке загорался всегда, стоило лишь подняться на пару ступеней. Она прислушалась. Лёгкий, едва уловимый звук металлического предмета, вставляемого в замочную скважину, подтвердил её догадки. Девушка отступила вглубь тёмного коридора и наткнулась на сумку. За дверью замерли.
«Сергей вернулся? У него есть мой телефон. Сама дала его Бульке ещё в машине… Зачем ему взламывать мою квартиру?»"
"За дверью явно кто-то был.
И Ольга вдруг поняла, что совсем не хочет столкнуться с этим человеком лицом к лицу. Это ощущение росло в ней так стремительно и безоглядно, что она поддалась шестому чувству без малейшего сомнения. Стараясь не дышать, она повесила свою сумочку на шею, на цыпочках зашла в спальню, прикрыла за собой дверь и распахнула оконную раму. Перекинув ноги через подоконник, легла на живот и стала потихоньку сползать вниз.
