— Своеобразный стиль работы.
— Ваш предшественник придерживался иного мнения.
Последнее замечание задело Нестера за живое. Его предшественник, ныне генерал, не так давно был призван на службу в более высокие сферы. У Нестера подобных перспектив не было.
Полковник поднялся.
— Я вынужден проинформировать Вашингтон о вашем отношении к делу.
— Буду весьма признателен. Еще что-нибудь?.. Нет? Прекрасно. Сообщу вам, если появятся новости.
С этими словами Дэйн вышел из кабинета. Нестер уселся за стол, погрузившись в печальные размышления о подлых гражданских, которые проигрывают холодную войну после того, как военные спасли их во времена войны горячей!
Глава 15
Они сидели бок о бок на скамейке в парке, еще не совсем оправившись от путешествия вторым классом через всю Европу.
В унылом сером небе над их головами кружили голуби; вдоль широких бульваров бесконечными рядами тянулись желтые и грязно-серые дома Вены, похожие на почтенных и равнодушных зрителей.
— Нет, — сказала Анна. — Ты не должен этого делать.
"
"Карлос не ответил. Просто бросил на белокурую женщину едва ли не яростный взгляд. Чего хочет эта иностранка, прилипшая к мужчине с жадностью моли, забравшейся в платяной шкаф? В Амстердаме она помогла ему взять билет второго класса и всю дорогу болтала о разной ерунде. В Париже, покорная, как собака, без удивления и протестов, она пошла за Карлосом, чтобы поселиться в снятой им маленькой комнатенке и ждать там, пока он разрабатывал новые планы. Что могла смыслить в таких делах глупая баба? Впрочем, Карлос привык к тому, что рядом постоянно находятся женщины — чаще всего иностранки, которые могли с ним разговаривать и, следовательно, оказывать какое-то влияние.
Их голоса звучали, как птичье пение, — приятные на слух, если не принимать всерьез. Женщины, конечно, необходимы, но придавать им слишком большое значение не стоит. Вот только с этой Анной все вышло по-другому. Непонятно как, но она сумела влезть в жизнь Карлоса глубже любой другой женщины, может быть, не считая матери.
Карлос без всякой опаски позволил ей поселиться вместе с ним. Да и что тут такого, дело житейское! Он разделил с ней тот маленький островок своего существования, центром которого были еда и кровать. Но как-то вечером в Париже, вконец отчаявшись, едва не наложив на себя руки после неудачи с американским дипломатом, Карлос рассказал ей все о секрете.
Она слушала напряженно, как будто с трудом разбирала слова, откинув со лба светлые волосы, сложив руки на коленях.
