Казалось, тот должен был переломать себе все кости, но он тут же вскочил, засмеялся и, схватив Тома за шею и ногу, бросил его чуть ли не на середину судна. Том угодил на ванты, которые провисли под его тяжестью. Кеч закачался. Гости столпились за спасательными тросами, чтобы австралийцам было где разгуляться. Том вскочил на ноги, похожий на огромного ухмыляющегося кота, и двинулся к Алексу.
Деннисон повидал много драк, но подобного видеть еще не приходилось. Эти молодые великаны швыряли друг друга с такой силой, что неизбежно должны были посворачивать себе шеи.
Но их спасало то ли опьянение, то ли здоровые могучие тела, то ли долгие тренировки на этом поприще. Австралийцы падали на палубу, перепрыгивали через канаты, швыряли друг друга на ванты и мачты и неизменно поднимались на ноги, снова бросаясь в атаку.
«С ума сойти, — подумал Деннисон. — А ведь они даже не разозлились! Дерутся себе, как два ленивых тигра, без капли злости.
Подобные приемчики запросто могут угробить обычного человека, а они даже не разошлись как следует!»
Это кровожадное сражение, с шутками и прибаутками, с безумными захватами, без видимого вреда для драчунов и без малейшей примеси гнева, сбило Деннисона с толку. Ничего подобного в своей жизни он еще не видел.
Наконец Том ухватил Алекса за бороду, сбил его с ног и перевалил за борт. Гости ринулись посмотреть, что стало с побежденным, от чего яхта сильно раскачалась.
Секунды шли одна за другой, а он не показывался.
— Как ты думаешь, с ним все в порядке? — забеспокоился Деннисон.
— Он плавает, как акула, — отмахнулся Том. — Его хоть топором бей, все нипочем!
Но время шло, а Алекса все не было. Французский моряк забормотал что-то насчет барракуды, а швед грустно покачал головой, видимо, припомнив похожий случай, когда кто-то упал за борт и утонул. Алекс не появлялся.
Том перегнулся через борт, готовясь нырнуть. Неожиданно в фонтане брызг из-под воды вырвался Алекс, схватил Тома за шею и увлек за собой. Все гости пришли в восторг.
Так закончилась битва гигантов. Австралийцы вскарабкались на палубу, протрезвевшие и освеженные. Старый Финнерти, совсем уже прикорнувший в каюте, приподнял голову и спросил, что там стряслось.
Деннисон все никак не мог осмыслить увиденное.
