Белла

Когда Валентин убрал мазь, шимпанзе решил с ним поиграть, но хозяин ласково чмокнул его пару раз в щеку и ускользнул обратно к людям, живущим внизу.

Престарелые Пэйнтеры все также обитали в последнем коттедже деревни Грамблер. Оба настолько одряхлели, что уже не могли за собой следить. Они бы не управились без помощи Певуна и Кэти Томасов, живших по соседству. Супруги Томас работали в Плейс-хаусе, в бухте Тревонанс, но всегда ночевали у себя, и Кэти находила время подмести хибару Пэйнтеров, постирать драную одежду и потушить мясо на их корнуольской печке.

Певун приносил уголь и щепки для розжига, таскал воду и ходил за покупками — обычно это означало пинту джина от Салли-забери-покрепче.

Пэйнтеры воспринимали их помощь скорее как должное, нежели как одолжение, громко ворчали и жаловались, когда им помогали. Временами казалось, что больше благодарна за помощь Демельза, чем Пэйнтеры. В каком-то роде она считала себя обязанной Джуду и Пруди: они ведь служили у Росса в Нампаре, когда он привез к себе домой голодную бродяжку с ярмарки в Редрате.

Если бы не Томасы, единственным прибежищем Пэйнтеров стал бы работный дом, а о таком даже думать ужасно.

Демельза могла бы заплатить какой-нибудь женщине, чтобы жила у них и присматривала за обоими, но даже в такой бедной деревушке трудно найти женщину, особенно молодую и чистоплотную, готовую ухаживать за вздорной парочкой грязнуль. На Рождество Демельза всегда приносила подарки, и на следующий день после приема в Тренвите она вместе с Клоуэнс, пока та не уехала, совершила тяжелый и зловонный визит милосердия.

Клоуэнс тоже невольно чувствовала себя обязанной пожилой паре, а вот совсем юная Белла не ощущала подобной слабости и желала этой парочке проваливать куда подальше. У Генри потекли сопли, этого оказалось достаточно, чтобы не брать его с собой.

Был очередной сумрачный и тихий день без дождя, все вокруг навевало мысли о покое и былом: год подходил к концу, все страсти улеглись. Даже чайки казались уставшими и одинокими. Поскольку Кьюби, Клеменс и Ноэль уехали поздно, Демельза и Клоуэнс вышли уже под вечер.

Почти стемнело, но тропа на Грамблер была так хорошо протоптана, что им и в голову не пришло взять фонарь. По дороге они обсуждали вчерашний прием.

— Вчера папа вел себя слегка фривольно, согласись, — произнесла Клоуэнс.

— Очень даже фривольно, — сказала Демельза. — И причина не в спиртном. Оно не слишком на него влияет.

— Он так суетился вокруг леди Харриет. И по-моему, ей даже понравилось.