Белла

Дом, который предполагал купить Кристофер, стоял на Грин-лейн, идущей параллельно Тоттенхэм-Корт-Роуд и севернее, немного дальше особняка миссис Пелэм, чем Белле хотелось бы, но он был прелестным, или станет таковым после отделки, небольшой дом с террасой в стиле Джона Нэша. Воздух там, объяснял Кристофер, свежее, и район по этой причине стремительно застраивается.

Накануне вечером Белла обнаружила Кристофера спящим в кресле в прихожей; он пошатываясь встал и чуть не свалился, но Белла успела его подхватить. Подали их экипаж, и Белла извелась ожиданием внутри, пока Кристоферу помогали спуститься с лестницы отеля.

Когда они возвращались к миссис Пелэм после осмотра нового дома, Белла прервала его вопросом:

— Кристофер, ты слышал о неком Россини?

— О ком? Россини? Наверняка какой-нибудь певец. Итальянский тенор. А что?

— Мне сказали, он написал оперу.

— Да? И как она называется?

— «Севильский цирюльник».

Кристофер погладил усы.

— Что-то слышал. Но не помню где. Что тебя интересует, милая?

— Морис упоминал о ней вчера вечером. Говорит, опера очень хороша.

— Её уже поставили в Англии?

Пока экипаж грохотал по неровному участку мостовой, повисло недолгое молчание.

— Белла, — обратился к ней Кристофер, — моя милая и чудесная Белла, я перебрал вчера с выпивкой?

Он впервые об этом заговорил.

Кристофер внимательно всматривался в ее лицо.

— Ты же знаешь, всем мужчинам это необходимо время от времени. Это как предохранительный клапан на новомодных паровых машинах.

— Когда ты такой, я не могу с тобой сладить. Даже разговаривать с тобой невозможно.

На его лице отразилась досада.

— Сомневаюсь, что все настолько скверно. В армии привыкаешь к выпивке. Наверное, это помогает поддерживать боевой дух.

Она бы с радостью оставила эту тему, но какой-то внутренний чертик раззадорил ее высказаться.

— Тогда почему ты ничего не ешь, Кристофер? Я про такие случаи. В основном мужчины едят столько же, сколько и пьют. В смысле делают это одновременно. Обычно ты ешь и пьешь, как все остальные. Но... но в такие вечера, как вчерашний, в тебя словно бес вселяется и отнимает весь аппетит к еде, оставляя его только на...

— На любовь к белому вину? Ты права. Так и есть. Это прискорбно, и я сожалею, что расстроил тебя. Но такое случается редко. Может, это от отчаяния.