Белла

— Почему он так долго отсутствовал?

— Я же сказал, что был занят. — Голос Валентина звучал успокаивающе. — Нельзя вот так сюда приходить и беспокоить мою жену.

— Нета хотела тебя увидеть. Ты обещал увидеться с Нетой. Уже несколько недель ты не видел Нету. Последний раз...

— Долго она здесь? — спросил он у Селины.

— Этот ответ мне ни о чем не говорит. Сколько именно?

При свечах миндалевидные глаза Селины сверкали, как у сиамской кошки. Валентин теребил в кармане серебряный браслет, осознавая, что сегодня вечером подарок лучше не вручать.

— Все Рождество, — сказала Агнета. — Не видела Вэлли все Рождество. Нета ходила в церковь на Двенадцатую ночь. Мама взяла ее с собой вместе с Полой. Нета решила, что увидится с Вэлли здесь. Когда мы вышли, пошел снег и поднялся ветер.

Она расплакалась, и тут на звук колокольчика явилась Кэти.

— Певун уже ушел? — решительным тоном спросил Валентин.

— Нет, сэр. Мы уходим домой вместе.

— Агнета, у тебя есть лошадь?

Она подняла заплаканные глаза на худого, мрачного и разгневанного Валентина и помотала головой.

— Ты пришла сюда пешком? Кэти, передай Певуну, чтобы оседлал лошадь для мисс Тренеглос. И еще, Кэти!

Та резко развернулась на ходу.

— Вы с Певуном возьмите лошадей, неважно каких, только не Нестора, проводите мисс Тренеглос до Мингуз-хауса и проследите, чтобы она благополучно добралась до дома. Ты меня поняла?

— Очень хорошо, на этом все.

Кэти не сдвинулась с места.

— Я помогала Мод с вашим ужином. Кухарка слегка с коликами, а Элси ушла.

— К черту ужин! Пусть Мод подает мне хоть остывшее. А теперь ступай. Мисс Тренеглос готова к отъезду.

— Нета хочет пить, — хитро заявила Агнета.

— Я налью тебе бокал вина, дорогая, — мягко сказал ей Валентин.

Валентин распахнул перед ней дверь, и жена выскочила из комнаты. Потом он подошел к буфету, вытащил оттуда канарское и наполнил бокалы себе и Агнете. Передав вино хнычущей девице, он заговорил:

— Послушай, Агнета.

В последнее время они спали отдельно, но миновав коридор, Валентин постучал в спальню жены. Ответа не последовало, и он вошел. Селина лежала на кровати, шторы были наполовину задернуты. Пеньюар задрался, обнажив стройные белые ноги выше колен. Валентин тихо сел на край кровати.

— Уходи, — велела она.

Выждав несколько секунд, Валентин спросил:

Селина промолчала.