Был он в каком-то странном состоянии. В каком-то предельном напряжении всех физических и душевных сил. Будто при вспышке молнии, которая каким-то чудом не погасла, а так и осталась гореть... Все казалось совершенно нереальным. Как в тяжелом, но очень ярком сне...
Вокруг было на удивление пусто и тихо. Никто не нападал, вообще никого и не было. Трещало, гудело и постреливало лишь пламя. В обе стороны тянулась длинная низенькая и глухая рыжая стена. Внизу вдоль стены заросли лопухов, крапивы, лебеды. Бессознательно Левко попятился подальше от огня.
Нога провалилась в какой-то неглубокий окоп. Чуть не упал. Покачнулся, задержался и осмотрелся вокруг... Терновые кусты, негустой, с обгоревшими и пожухлыми уже листьями вишенник. Светло как днем. А позади, за спиной, темнота.
И из этой темноты он, конечно, виден как на ладони.
Оттуда, из темноты, из вишенника, что-то сверкнуло.
Где-то близко, совсем рядом. Сверкнуло и погасло. Левко сделал еще два шага назад. То, что было невидимым, ясно выступило из темноты.
Под кустом неподвижная, застывшая, съежившаяся в клубочек человеческая фигура. Девчонка лет двенадцати или пятнадцати... Сидела, простоволосая, охватив руками колени и положив на них подбородок. И в этой позе было что-то обреченное, что-то от загнанного звереныша, которому уже некуда бежать... Хотя, возможно, не только это. Возможно, еще и напряженность и упорство... Когда старшина остановился рядом, девчонка даже не пошевельнулась. От этого ему стало вдруг жутко.
- Ты почему здесь? - спросил машинально, бессмысленно.
В ответ холодное и, показалось, презрительное молчание. Лишь глаза сверкнули живыми огоньками и снова погасли.
- Ты... видела? - спросил уже определенно, имея в виду себя, свое появление, парашют.
- Ничего я не видела, - невозмутимым, глуховатым, даже сердитым голосом ответила девочка.
И в ее ответе сквозило то, что она уже ничего не боится и даже его появление ее уже не удивляет.
- Что здесь происходит?
- Угоняли в неметчину.
.. Кто-то немца убил... Теперь жгут село...
- А люди где?
- На улице. Возле колодца.
- А немцы? Много их?.."
"- Наверное, много... Тоже на улице. Сюда, в -сады да в огороды, боятся...
- А ты?
- Что я?
- Почему здесь, одна?
- Вы что, не знаете, почему сейчас люди прячутся?..
Он промолчал. А она добавила, уже не ожидая вопроса:
- Хлопцы в степь да на посадку подались, а у меня мама с Мишкой возле колодца... Мишка больной...
- Что за село?
- Солдатское.
