Занавеска, отделявшая скамью претенденток от сцены, была из мелкой сетки, поэтому мы, близко сидевшие от нее, могли наблюдать за выступлениями на сцене, в то время как нас из зала видно не было. И вот первая красотка с роскошными светлыми волосами и аппетитной фигуркой, вдоволь поизвивавшись на радость одетым в балахоны зрителям, принялась разоблачаться на глазах благодарной публики, одобрительно хлопающей ей мохнатыми лапами с жуткими звериными когтями. Продолжая двигаться в ритме играющей мелодии, девушка медленно расстегивала платье, обнажая сначала плечи, потом грудь и так до самого низа.
При этом она столь красиво выгибалась, что я невольно засмотрелась, сделав себе мысленную зарубку непременно устроить подобное шоу для Варга, когда вернусь домой. Мысль о раненом муже, возле которого сейчас небось вьется весь рыжий «серпентарий» с предательницей Региной во главе, больно стегнула по нервам, разбудив во мне снежную магию. Опасаясь ненужных вопросов, я поспешно спрятала ладони под мышки, так как кончики пальцев покрылись морозным инеем.
Вторая девушка вышла на сцену под более бодрый аккомпанемент, сплясала веселый танец и, как и ее предшественница, разделась догола. Оставшись в одних украшениях и босоножках, она продефилировала взад-вперед по сцене, позволяя господину и его свите рассмотреть товар во всех подробностях, а потом подобрала свои вещи и, энергично виляя бедрами, вернулась за кулисы. Следующей поднялась Клотильда, по виду которой сложно было понять, волнуется она или нет.
– Не ты! – нахмурилась надзирательница, повертев в пальцах очередной музыкальный шарик. – Я видела номерки. Третий вытянула она, – и невежливо указала пальцем на меня. Вообще-то здесь почти все не утруждали себя соблюдением правил этикета, принятого в светском обществе Алин-тирао. Возможно, его тут и вовсе не было. Или Изнанка, влияя на людей, делала их не только более искренними, но и несдержанными, грубыми, хамоватыми и просто злыми. Старшая горничная, приставленная к наложницам на время смотрин, была именно такой.
– Вы уверены? – переспросила я у надзирательницы, поднимаясь вслед за растерянно моргавшей подругой.
– Ты, ты, – покивала она. – Иди давай, хозяин ждет.
И я пошла. Целых четыре шага сделала, прежде чем споткнуться об якобы случайно выставленную ногу одной из соперниц. В другой ситуации дала бы этой девице в глаз, сейчас же готова была сказать ей огромное человеческое спасибо за содействие.
