— Люблю-козу, развели тут оперный театр, — передразнил он и, пошатываясь, вышел за дверь, оставив ее открытой.
Я с минуту сидела, боясь надеяться на лучшее. Вот сейчас опомнится и вернется. Но нет, прошла еще минута, а бандита все не было.
Так, Арька, спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Бери себя в руки, или в ноги, как хочешь, но ползи отсюда во всю прыть!
И я пошла, молясь, чтобы только силы не оставили.
Выбравшись из заточения, я поняла, что нахожусь где-то на окраине города, в заброшенном пустыре, превращенном в свалку, а сил пройти несколько километров у меня просто не было.
Но я шла. Спотыкалась, падала, но шла. Потому что где-то там был Андрей, сестра, мама… И они все переживали за меня. Они любили меня. Ради них я должна добраться, должна выжить.
С трудом взобралась на железнодорожные пути и огляделась. Я видела отсвет от большого города, но идти до него было еще очень-очень далеко. Руки заледенели и не слушались, ноги цеплялись за каждую кочку и торчащую корягу, задыхалась от непрекращающегося кашля.
Перешагнула рельсы, носком зацепилась за что-то и носом полетела вниз с путей. И тишина.
Темно, спокойно, хорошо.
* * *Громов
Жива. Главное жива, а дальше он разберется. С каждым причастным разберется.
— То есть как без гарантий? — не унимался Сергей-безопасник. — Ты идешь на уступки, назначаешь Кунина на сделку, а они отдают тебе Краснову. Это же правильно!
— Серег, не суетись. Это не пыльно было бы, да? Я подписываю генеральную доверенность и получаю невесту, и тебя не напрягаю.
А теперь тебе придется попотеть и найти ее раньше, чтобы я не переживал.
Сергей сморщился.
— Хреновый ты переговорщик, правильно, что тебя меняют на Кунина.
— Сейчас договоришься! Есть идеи, где ее могут держать?
— Нет. Слежка за Куниным плотная, но он околачивается у офиса, у салона красоты и в ночном клубе.
— В салоне красоты? — переспросил Громов.
— Ну… да.
— Так переверни его сверху донизу! Найди мне Краснову!
Сроки поджимали и с каждой минутой одного факта, что Арина жива, становилось недостаточно.
Нужно, чтобы Арина была рядом, близко, вместе с ним.
— Гоша, где ты ошиваешься? Ты в курсе, что Рус клюнул?
— Я в роддоме. В курсе.
— Где ты?! Нашли время сходить с ума, что ты, что Серега! Что ты делаешь в роддоме?
— Рожаем. Не я. Но я с ней.
— С кем… Стой, сестра Арины рожает?
— Ну да. Перенервничала. Короче, Андрюх, если что срочно, звони, а пока я здесь. Не могу бросить Маринку. Я все же крестный.
— Крё… С какого?..
