— Если пронесет, я помогать вам не стану, уяснила?"
"Я опять кивнула, отмечая, что характер то у Гоши прескверный, когда он без дури.
— Только не сдавай меня другим. Обещаю, мы шантажировать никого не собираемся, — заговорила я.
Гоша фыркнул:
— Даже если бы попробовали, ты думаешь кто-то с радостью помчится жениться на твоей неразборчивой сестре?
Маринка проснулась и резко села:
— А никто вас женится и не заставляет! Вот только алименты на содержание платить придется!
Не знаю, как это произошло, но уже в следующий момент Гоша лежал на мне, придавив к креслу и сжимая Маринку за горло.
Но больше всего напугал его оскал и холодный взгляд убийцы:
— Ты считаешь, мы тебе что-то должны? Мне позвать парней на пати? Выдержишь еще раз всех одновременно?
— Игорь Вячеславович, пожалуйста, не надо! – пискнула я.
Гоша перевел злой взгляд на меня и прищурился.
— А ты мне еще должна за шмотки.
— Я отдам, — тут же вставила я, прикидывая сколько придется отстегнуть за испорченную блузку и юбку, ведь я надевала только их.
— Мне не нужны деньги, — отрезал босс.
— Так я шмотки верну.
Он фыркнул и отпустил Маринку.
— Вчерашние котлеты остались?
Сестра скованно кивнула.
— Грей. Пока завтракаю, придумаем, что с вами делать.
Мы обреченно переглянулись. Ну отлично, блин! А ведь почти дошли до цели.
— Ты будешь дерьмовым отцом, Гоша, — разочаровано брякнула я, не подумав.
И он тут же перенес всю агрессию на меня:
— Хочешь попробовать?
— Что?
— Каким отцом я буду? Но сначала придется долго терпеть меня, как любовника.
— Я не это хотела… сказать.
Но босс сегодня явно не был расположен к шуткам.
Маринка кормила Гошу, я убирала постели и думала-думала. Что может ему важно настолько, чтобы еще несколько месяцев придержать нашу тайну? Но я слишком мало знала о Гоше, чтобы воспользоваться его слабостью.
Черт!
Влив в себя чашку заваренного кофе и поморщившись, Гоша ушел в душ, а мы с сестрой зашептались.
Я сразу разочаровала ее, так ничего и не придумав. У нее тоже идей не оказалось.
— Но если он или Вася окажутся отцами, то на этом всё и закончится, — грустно констатировала Маринка.
— Ничего не закончится! Марин, ну не унывай. Знаешь, если Гоша сдаст нас, я найду другую работу. Потом ты родишь, поступишь учиться, вечером можешь в кафе подрабатывать. Как-нибудь выкарабкаемся и без боссов. А?
Сестра всхлипнула и обняла меня.
