Я все это время стояла, а не сидела, с трудом дотягиваясь до высокого поручня, а потому стала еще злее – ноги, непривычные к высоким каблукам, успели устать.
Единственное, что, вернее, кто меня порадовал, была кондукторша – веселая тетенька лет пятидесяти, с яркими голубыми тенями на веках, громким голосом и с золотым передним зубом. На широкой груди ее сверкала большая нежно-розовая брошка с каким-то цветком, который я, впрочем, плохо рассмотрела."
"- Пассажиры, - командовала женщина, активно пробривая себе дорогу сквозь людской род, то есть, через тела людей своим собственным, видя, что в салон с трудом впихивается новая сотня пассажиров с остановки, - входите-входите, делайте мне план! Давайте, активнее! Женщина, поднимитесь на ступеньку! Мужчина, да-да, вы, в кроличьей шапке, пролезьте вперед!
- Куда я пролезу? – пропыхтел обладатель кроличьей пушистой шапки.
– Тут люди. Я сквозь них еще не научился просачиваться.
- Тут везде люди, пролезайте! – отозвалась бойкая кондуктор.
– Вот видите, получилось, а вы боялись.
- Я и сейчас боюсь, - отозвался мужчина. – Мне держаться не за что.
- Сейчас я вам помогу, - как-то угрожающе пообещала хозяйка автобуса и каким-то невероятным образом пропихнула его поближе к поручню.
- Пассажиры, проходите и рассчитывайтесь! А кто не рассчитается, тот огребет, - добавила она радостным тоном и стала пробивать себе путь дальше. Узрев меня, она вдруг подмигнула мне, вежливо отодвинула в сторону какую-то дородную женщину, протиснулась мимо двух парней и остановилась напротив меня, болтающейся на поручнях.
Пока я рассчитывалась, боясь не удержаться и упасть, она вдруг сказала:
- Веселая жизнь у тебя начнется, девочка.
- Что? – не поняла я. Кондуктор пытливо оглядела меня и заявила, что я, дескать, скоро узнаю. Я, в свою очередь, подумала, что она много пьет, но благоразумно промолчала.
Всю дорогу я, зажатая со всех сторон собратьями по несчастью, точнее, по поездке, нервничала, потому как из-за дурацкого автобуса опаздывала на встречу с друзьями и боялась, что они будут стоять на морозе и ждать меня, ведь комната забронирована на мое имя, и без меня ребята не попадут внутрь.
Они, правда, мне пока звонили и не писали, и это обнадеживало.
К клубу с наиглупейшим названием «Горячая сковорода», который к этому времени уже открылся и радовал округу ярким светом неоновых огней, я подошла крайне злая.
