Хотя Даниил выглядит вполне обычным молодым человеком, хорошо одетым и достаточно мужественным, некоторые парни каким-то загадочным образом почему-то сразу понимают, что девочки Даню совсем не интересуют. Тот, впрочем, на такие вещи не реагирует. То ли ему все равно, то ли умеет скрывать истинные эмоции.
Только оказавшись в полутемной комнате с окном, из которого открывался вид на один из танцполов, усевшись на вожделенный мягкий диванчик, я смогла расслабиться и кратко, но более менее связано пересказать случившееся, что, впрочем, заняло у меня меньше минуты.
Друзья охали и сочувственно ахали.
- Ну а теперь вы кайтесь, почему я вас так долго ждала? – хищно посмотрела я на них, но отвечать они мне не стали.
- Настена-сластена, - вскочив на ноги, улыбнулся мне во все зубы Темные Силы. – Мы поздравляем тебя с твоим личным праздником! Давайте-давайте, - помахал он рукой остальным. – Присоединяемся!
Друзья заговорщицки переглянулись, кое-кто прокашлялся, и ребята, став передо мной и достав кто губную гармошку, кто колокольчик, а кто старинные, чуть ли не дореволюционные на вид бубенцы, все вместе, хором, под непосредственным руководством Темных Сил, нашим непревзойденным массовиком-затейником, спели «С днем рождения тебя!».
Получилось это у них громко и эпично, и если учесть, что слух в нашей компании есть только у Женьки и у меня, то еще и не очень музыкально. Однако все это было очень трогательно, и у меня даже подозрительно защипало в носу – все-таки друзья классные, даже не смотря на то, что опаздывают.
Все накопившееся за сегодняшний день недовольство сползло с моего лица, не оставив и следа, и я стала невольно улыбаться, чувствуя и восторг и смущение.
А потом они стали все тем же прикольным нестройным хором стали орать «С Днем рождения!» чуть ли не на всех языках мира – даже на каких-то африканских наречиях, правда, я сначала думала, что это они просто так бессвязно вопят, а оказалось, со смыслом – поздравляют так.
От их воплей я так расхохоталась, что не могла успокоиться еще минут пять, и пока ребята по очереди меня обнимали, желая, кажется, все самое хорошее на свете, я совсем растаяла, искренне обнимая их в ответ. Надо же, еще пару лет назад я терпеть не могла прикосновения – это казалось мне глупостями и слюнями.
Вскоре мое настроение кардинально изменилось – из плохого и сумрачного стало веселым и праздничным, каким и должно было быть последние пару часов.
