Быть может, он волшебный? Ведь в сказке может быть все, что угодно, верно?
После пары коротких экспериментов я сделала вывод – если я держала Ярослава левой рукой, то он не засыпал, хотя зелье ведьмы давало о себе знать, и он был заторможенным и сонным, но хотя бы мог контролировать себя. Поняв, что если я держу его за руку, он не засыпает, парень так крепко сжал ее, что мне стало даже немного больно.
То, что браслет помогает, нам обоим казалось нормальным.
– Так что произошло? – спросил он, испуганно оглядываясь по сторонам.
– Где мы?
– Помнишь, мы шли к дому?
– Помню. Я помню, как мы зашли, помню картины, помню, как мы ели и разговаривали с Юлианой…
– Все правильно. Мы до сих пор в ее доме, – зашептала я горячо. – В спальне. Она опоила тебя каким-то снотворным зельем.
– Зельем? – тупо повторил Ярик.
– Она ведьма.
– Кто?
– Ведьма.
– Ведьма? Какая еще ведьма? – переспросил Ярослав с великим удивлением в голосе.
– Откуда мне знать, какая, – на миг закрыла я лицо ладонью – пальцы второй сжимали руку парня.
– Нет, серьезно, что еще за ведьма? – приспичило узнать ему.
– Страшная, – подняла я на него глаза, пытаясь не выдавать испуг. – Она хочет нас…
– Что нас? – не сводил с меня ошалевшего взгляда парень.
– Ты читал сказку «Гензель и Гретель»? – вместо ответа спросила я нервно.
Он медленно кивнул. Глаза его расширились от ужаса. В этой странной страшно-сказочной реальности он верил мне. И сразу понял, что хочет сделать с нами эту жуткая женщина.
– Когда я искала уборную, я все поняла, – прошептала я.
– Она не та, за кого себя выдает. Она – ведьма. Юлиана специально принесла так много сладкого, чтобы мы пили какао или чай, запивая все эти конфеты и печенья. Потому что в напитках было что-то усыпляющее. Я не пила ничего, а вот ты…
– Я же не знал! – он, поняв, что повысил голос больше, чем следует, покосился с опаской на подпертую креслом дверь. – Вот же! – ударил он кулаком по подушке. – Настя, нам надо бежать. Мы выйдем отсюда тихо и убежим, и позовем кого-нибудь на помощь… Полицию, спасателей, не знаю… Надо убегать, – твердил Ярослав, которого пугало то, что он начинает терять контроль над собой и погружается в царствие злого неправильного Морфея.
Быть обедом сумасшедшей ведьмы ему не хотелось. Мне, впрочем, тоже. А еще нам было очень страшно, так, что пульс ощущался где-то в горле и, несмотря на тепло, кончики пальцев заледенели, а коленки подгибались.
– Мы бесшумно выйдем и побежим, – повторил Ярослав.
