Общаться, встречаться, все такое. – Олег выразительно поиграл темными бровями. – Ты его продинамила сегодня, а?
– Продинамила, – согласилась я.
– Непорядок! – положив мне руку на шею, похлопал меня по плечу друг. – Ты чего, Наська, хороших парней динамишь-то? Тебя Динамо называть?
– Отвяжись, человекоподобный, – огрызнулась я, сбросив его руку.
– Юпитер, ты злишься, значит, ты не прав, – ничуть не обиделся Темные Силы. – Жека на тебя конкретно и давно запал. Прям вообще конкретнее некуда. Он испугался и повел себя, как последний лох, но прости его.
Он классный, правда.
– Я сама разберусь, – вздохнула я. – Но спасибо тебе.
– Обращайся, подруга, – широко улыбнулся черноволосый парень. – А у тебя еще кто-то есть, да?
– Что значит еще? – не поняла я.
– Да Жека видел тебя с кем-то.
– У него галлюцинации, – отрезала я. – Ладно, пойдем к остальным?
С ребятами я посидела совсем немного и пошла спать – завтра предстоял последний день моего пребывания в школе, а также открытый урок, на который должна была прибыть куратор.
Хорошо еще, что я подготовилась к этому уроку заранее.
– Настя, – постучалась ко мне в дверь Алена, когда я уже накрылась одеялом. – Можно?
Она неслышно подошла к дивану и села около меня на корточки.
– Ты сегодня так устало выглядела. Работы много? – осторожно спросила она и погладила меня по волосам. – Не заболей.
– Не заболею, – улыбнулась я ей, в который раз поняв, что мои друзья – чудесные люди.
– Как тебе Меркурий?
– Вроде ничего, – сказала я правду.
– Вы мило смотритесь.
– Я тебе о нем подробней попозже расскажу, когда один на один будем. Ты не обиделась, что я тебе раньше ничего не говорила про него? – заглянула мне в глаза Алена."
"– Нет, что ты. У каждого должны быть свои тайны, – отозвалась я. Это было почти правдой. Я с трудом избавилась от почти болезненного желания знать все, что происходит с теми, кто мне дорог, а еще лучше – в некоторой степени контролировать их. Конечно, мне хотелось, чтобы Алена рассказывала мне все свои секреты, но я понимала, что это невозможно, и если и злилась, то скорее на себя – за излишнюю ревность.
– У тебя тоже есть тайны? – спросила подруга вдруг.
– Есть, – почему-то не стала лгать ей я.
– Расскажи? Или… Ладно, расскажешь, когда захочешь. В любом случае, я надеюсь, что ты доверяешь мне.
– Доверяю, – кивнула я, чувствуя, как слипаются глаза.
– Тогда, надеюсь, ты прислушаешься к моему мнению, – все так же осторожно произнесла она.
