Белые ночи с Херувимом
3 прочтения
Я рассудила, что эта организация, с одной стороны, достаточно серьезная, чтобы внушить почтение обывателям, а с другой – довольно новая, и никто толком не знает, чем она занимается.
Для большей убедительности я помяла все бумажки и удовлетворилась достигнутым результатом.
Теперь нужно заскочить ненадолго домой, чтобы подобрать соответствующий прикид.
– Этого негодяя оставляю здесь! – категорически сказала я. – Видеть его не могу! И не кормите его, он наказан.
– Хм, – дядя Вася отвел глаза, и я опомнилась.
Можно себе представить, во что превратит его квартиру голодный Бонни!
– Делайте что хотите! – рассердилась я и ушла.
Дома я быстренько перебрала одежду и остановилась на сером официальном костюме, который приобрела давно по настоянию свекрови. Она говорила, что такой костюм должен быть в гардеробе каждой приличной женщины – для разных официальных мероприятий.
Права оказалась свекровь, костюм пригодился для развода, в суд его надевала. Одна беда – костюм был дорогой, так что я повязала легкомысленный шелковый платочек и надела совершенно не подходящие к нему коричневые туфли на среднем каблуке.
Через четверть часа я остановилась около того дома, где проживала наша новая клиентка и который в ближайшее время должен был стать местом нашего расследования. Дом этот располагался совсем недалеко, на Третьей линии Васильевского острова, так что мне даже не пришлось воспользоваться транспортом.
Дом был красивый, дореволюционной постройки и отлично отремонтированный. Единственное, что меня немного смутило, – в воздухе перед домом витал какой-то неприятный аромат.
Перед входом в дом лениво возил метлой по тротуару гордый сын степей, таджикский гастарбайтер. Остановившись рядом с ним, я поправила очки (без диоптрий, я надела их для пущей солидности) и строго осведомилась:
– Третья линия, дом двенадцать? Я из службы судебных приставов!
Дворник побледнел, замер, взял метлу на изготовку и затараторил:
– Моя регистрация есть! Марфа Семеновна моя паспорт в ящик убрал, а так регистрация есть! Моя участковый платил, моя Степан Степаныч платил, моя всем платил! Регистрация есть, как положено!.
– Да я вовсе не к вам, – успокоила я гастарбайтера. – И не по поводу регистрации.
