Белые ночи с Херувимом
3 прочтения
– Что вы такое говорите? Страшно слушать!
– А все из-за нетрудовых доходов! Вот у меня, к примеру, вообще нет никаких доходов, не то что нетрудовых, как и у вас, Любовь Васильевна, вот мы и живем спокойно!
Еще больше забеспокоившись, Василий Макарович вошел в полутемный подъезд.
Лифта в доме не было, и ему пришлось пешком подниматься на четвертый этаж, где располагалась нужная ему квартира.
Лестница была крутая и неудобная, и по дороге ему пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание. И тут, на площадке третьего этажа, он увидел нарисованный мелом силуэт человеческого тела.
Прибавив шагу, он поднялся на четвертый этаж.
Дверь сорок шестой квартиры была приоткрыта, изнутри доносились приглушенные голоса. И голоса эти показались Василию Макаровичу удивительно знакомыми.
– Как будто мало у нас висяков, – говорил некто унылым, безрадостным голосом. – Нет, еще этот жмурик на нашу голову…
– Да не дрейфь, Никитич! – возражал другой голос, более оптимистичный.
– Полагает он! – язвительно отозвался первый.
Василий Макарович понял, что неприятностей ему не избежать, и вошел в квартиру.
Как он и подозревал, в коридоре стояли его давние знакомые и бывшие коллеги – капитаны Творогов и Бахчинян.
Увидев Василия Макаровича, Творогов мрачно проговорил:
– Картина называется – не ждали! Те же и частный детектив! Вы здесь что делаете, господин Куликов? Посторонним сюда нельзя! Или вы уже забыли это правило? Только не говорите, будто покойная была вашей клиенткой!
– Не заводись, Никитич! – остановил напарника Бахчинян.
– Именно что бывший! – процедил Творогов.
Отношения Василия Макаровича с бывшими коллегами складывались непросто. Во-первых, начальник отделения и прочее руководство строго следили, чтобы сотрудники не поддерживали с ним контактов, во избежание утечки оперативной информации.
Конечно, имелись тут и дополнительные моменты, пресловутый человеческий фактор. У Алексея Творогова были долгие и непростые отношения с Василисой, что еще больше осложняло ситуацию.
