Белый асфальт

Его обшивка блестела в мутном утреннем свете, и не было ни намека на ржавчину или облупившуюся краску. Этот вертолет был особым – на нем прилетел сенатор.

Машина тяжело сидела на шасси, как зверь, присевший перед прыжком. Боковая дверь вертолета была сдвинута, внутри виднелся темный салон с удобными креслами и столами, что выглядело чуть ли не фантастически на фоне грубого ангара и обшарпанной полосы.

Возле вертолета суетились двое мужчин в заледеневших комбинезонах и кожаных куртках, проверяя крепления и баки. По металлической лесенке уже поднимались криминалист Ромашов и Сизов, оба в тяжелых куртках и с поклажей.

Стерхова поднялась на борт и прошла в кабину пилота. В кресле командира сидел пожилой мужчина в наушниках. Еще два кресла были пустыми.

– Доброе утро, – поздоровалась Анна.

– Утро как утро, – буркнул командир и постучал пальцем по прибору. – Туман крепчает. Долететь, может и долетим, а вот обратно – не знаю.

– Какова вероятность, что мы застрянем на зимовье?

– Если вдруг погода испортится, дня два точно просидим.

На борт поднялся второй пилот, за ним – бортмеханик. Последний убрал лестницу и с силой задвинул дверь.

Вернувшись в салон, Анна устроилась в кресле у иллюминатора. Натужно взревел двигатель, завращались винты, вертолет вздрогнул. Земля начала отдаляться, и вскоре они поднялись над тайгой.

Внизу мелькали темные пятна хвойных деревьев, иногда – змейки замерзших ручьев. Вскоре пейзаж исчез за плотной стеной тумана. Анна всматривалась в белую пустоту, и вдруг ее охватило странное чувство: зачем она здесь? Как ее сюда занесло? Ледяное безмолвие, вертолет, тайга – все это казалось чем-то далеким, почти невозможным.

Вертолет слегка поболтало. Пилот заговорил в рацию, голос его был хриплым и спокойным.

– Пролетаем гряду, минут через десять будем на месте.

Егор Иванович встал с кресла и протопал в кабину.

Прошло десять минут, когда стало заметно, что вертолет понемногу снижается. Скоро сквозь туман показались очертания избушки. Она стояла среди деревьев, затерянная в бескрайней тайге. Возле нее темнел большой плоский камень, припорошенный снегом.

В салон из кабины вернулся Сизов.

– Прилетели. Совиная Плаха.

Стерхова ощутила волнение. Что-то древнее, потаенное было в этом названии.