Белый асфальт

– Неужели нельзя было… – начала она, но Юрий Алексеевич прервал ее в несвойственной ему категоричной манере.

Убедившись, что так она ничего не добьется, Стерхова сменила тон и заговорила несколько мягче, недавними словами матери:

– Я только что вернулась из одной командировки, а вы послали меня в другую. И куда!

– У меня не было выбора. Послать мог только тебя, никто другой бы не справился.

– Что вам известно об этом деле?

– Лишь то, что генерал Яковлев сам попросил меня направить в Северск хорошего следователя.

Из хороших ты – самая лучшая.

– Сам Яковлев? – Стерхова помолчала. – Что же это за дело…

– Езжай в Северск, там все узнаешь.

– Да вы словно сговорились! – воскликнула Анна. – Почему сразу не рассказать?

– Если бы мог – рассказал.

Разговор с Савельевым не имел того результата, на который рассчитывала Стерхова. Наметив план сходить в магазин и купить себе пуховик после обеда, она зашагала к гостинице по только что выпавшему белому снегу.

Хотелось только одного – скорее попасть в тепло и заснуть.

Пуховик Анна Стерхова себе не купила. И это стало первой и значительной неудачей. Уснув на пару часов, она проснулась уже под утро, за полчаса до встречи с Добродеевым. Времени хватило лишь на то, чтобы собраться и выбежать из гостиницы.

На улице, как удар взрывной волны, на нее обрушился холод. За несколько шагов до машины Анна замерзла так, что пальцы рук онемели. Когда, наконец, она оказалась в машине, ее охватило спасительное тепло.

Добродеев оказался незлопамятным человеком и за всю дорогу ни словом не обмолвился о конфликте в приемной.

Он забыл о том напряжении, которое возникло между ними при первой встрече, и Анна за это была ему благодарна.

Как только машина выехала на Енисейский тракт, Стерхова пересела на заднее сиденье и заснула. После мучительной пытки холодом, тепло подействовало на нее усыпляюще. Сон был тревожным, прерывистым. Она проснулась, когда рассвело и сразу увидела в окно паромную переправу.

Паром уже стоял под погрузкой, но им пришлось подождать, пока шкипер расставит все грузовики.

Время тянулось медленно, свободных мест оставалось все меньше. Наконец, подошла их очередь. Автомобиль следственного управления поставили так, что он оказался зажат огромными самосвалами.

Чтобы выйти на палубу, Стерховой пришлось протиснуться в узкую щель – на величину которой открылась дверца.

Застучал мотор теплохода-толкача, взбурлила за кормой парящая на морозе вода и развела по реке круги.