Белый князь (СИ)

Ему было лет тридцать пять, и он считался франтом, так как носил тонкие усики и не пренебрегал парфюмом. Что не мешало ему блестяще выполнять свою работу. Как и все сотрудники Охранки, Тухачёв происходил из дворянской семьи. Правда, бедной и нетитулованной. Ну, а кто ещё пойдёт ловить революционеров? Престижной эту работу не назовёшь.

— Ваше благородие, противник отбит и по большей части уничтожен, — браво доложил ротмистр, покосившись на девушку, разглядывавшую себя в маленькое зеркальце.

Красота Марины никого не оставляла равнодушной.

Я ни разу не пожалел, что принял её в качестве ставки по время игры в преферанс с одним известным писателем.

— Добейте всех, кого сможете, — кивнул я. — Как обычно. Кто это был, известно?

— Судя по всему, «Боевая организация». Или кто-то выдавал себя за неё. Такое тоже случается.

Естественно. Иногда один дворянский клан пытается разделаться с другим, сваливая всё на террористов. Известны случаи. Но на меня пока покушались только революционеры. Я второй сын князя Белозёрова-Оболенского и мало кого из аристократов интересую, ведь титул должен достаться моему брату Павлу.

Мерзкий тип, кстати. И родня мне только наполовину: его произвела на свет первая жена отца, плодовитость которой на этом и закончилась. Впрочем, претензий по этому поводу ни у кого, естественно, не было: княгиня сразу выполнила своё предназначение — принесла роду наследника. Девочки, которых нужно пристраивать и давать приданое, никому особо не нужны, ибо годятся только для заключения династических браков. В них мой отец был мало заинтересован: род Белозёровых-Оболенских и так забрался практически на самую вершину социальной лестницы. Дальше шли только Великие князья, то есть, братья императора, и сам Его Величество. Даже я умудрился сделать карьеру. Казалось бы: кто доверит руководящую должность аристократу, у которого нет родового Дара? Бред! Но если ты сын князя, который следит за порядком внутри раздираемой революционными идеями страны, очень многое тебе становится доступно, как бы к тебе ни относились окружающие. Включая собственного родителя.

— Спасибо, Андрей Ильич, — кивнул я ротмистру. — Вы свободны. Следуем дальше по плану. Подготовьте за оставшееся время отчёт о нападении.

— Слушаюсь, Ваше благородие! — щёлкнув каблуками, начальник охраны отступил назад и прикрыл дверь.

— Когда этих социалистов уже перебьют, наконец?! — капризно вздохнула Марина, убрав зеркальце. — Костя, долго им ещё безобразничать?

— Думаю, да. К сожалению.