– Нина, я не разбудила? – опасливо осведомилась она и, получив заверения, что никто еще не ложился спать, даже Катюшка, продолжила:
– Около Эллы весь вечер стоял незнакомый автомобиль. Ну знаешь, такой, как у Миши. Потом уехал. А сейчас снова стоит. Только никто не выходит. Человек сидит внутри. Следит за домом, что ли?
– А номер ты видишь, мам? – насторожилась Нина и, схватив ручку, записала цифры, что продиктовала мать.
– Что случилось? – поинтересовался Цесаркин. – Что-то с тещей?"
"– Пробей номер, пожалуйста, – попросила Нина и наскоро передала информацию мужу.
– Ну, во-первых, – вздохнул Денис. – Положим, я знаю, чья эта машина. Твоей Элке точно ничего не грозит. А во-вторых, ты заметила, где записала номер? Это вообще-то исковое заявление…
– Ох, прости, – пробормотала ни капли не раскаиваясь Нина и хитро глянула на мужа. – Дёнь, а кто это приезжал к Элле? Ну скажи… Кто-то из твоих клиентов?
– Да я и сам не пойму, Нинуль, – хмыкнул Цесаркин и тут же уставился на жену, пораженный догадкой.
– Трахни в бок меня, медуза! – расхохотался он.
– Денис, – Нина застыла в недоумении. – Что?
– Ай да теща, – восторженно протянул он. – Такое дело раскопала. Придется проставиться.
– Цесаркин, будь человеком, – начала терять терпение жена и запустила в Дениса подушкой.
Известный адвокат, пораженный попавшим в него снарядом, упал навзничь на постель и притворился убитым.
– Теперь и вовсе ничего не скажу, – пробормотал он, приоткрыв один глаз, а когда Нина, смеясь, нависла над ним, сгреб в охапку и принялся целовать.
Глава 7
Огромный бизнес-центр, расположенный на пересечении основных магистралей города, светился рекламой. Людмила Казаринова неуверенно вошла в просторный холл с мраморными колоннами и даже застыла на месте. Арендовать в таком здании офис выходило в копеечку, а уж купить целый этаж, как это сделал ее брат, представлялось вообще заоблачным богатством. На ватных ногах она дошла до лифта и, войдя внутрь с целой толпой, сосредоточилась на электронном табло.
Третий этаж… седьмой… двенадцатый… Когда лифт остановился на нужном тринадцатом и бесшумно распахнул дверцы, Мила замерла в нерешительности и, взяв себя в руки, сделала шаг навстречу неизвестности.
«Даже если брат выгонит тебя, не облезешь, – саму себя предупредила она. – А он не посмеет. Просто может отказать в работе. Вчера, когда предлагал, ситуация казалась совершенно иной!»
Мила осторожно прошла по коридору. Заглянула сначала в одну дверь, потом в другую.
