Карлос верил, что единственная преграда, отделяющая его от Каталины, – это его бедность. Ведь и ее отец, строго говоря, не из богачей. Правда, теперь-то он богат, но всего несколько лет назад он был просто бедный рудокоп, не богаче Карлоса. Прежде они были соседями, и в те далекие времена дон Амбросио вовсе не считал, что мальчик Карлос – неподходящее знакомство для маленькой Каталины.
Что же тогда он может иметь против охотника на бизонов, если охотник тоже разбогатеет? ""Конечно, ничего, – думал Карлос. – Если доказать ему, что я не беднее его, он согласится отдать за меня Каталину.
А почему бы и нет? Мать говорила, что в моих жилах течет такая же кровь, как у любого благородного идальго, ничуть не хуже. И если вако сказали правду, еще одна поездка – и у Карлоса, охотника на бизонов, будет столько же золота, сколько у владельца рудника дона Амбросио!""
Всю обратную дорогу он думал об этом. Каждый день, каждый час строил он свои воздушные замки. Не проходило часа, чтобы он не покупал шелковое платье Росите, чай, кофе, шоколад – матери; он воздвигал новое ранчо, покупал пастбище, показывал отцу Каталины золото и требовал ее руки.
Воздушные замки!
Чем ближе к дому, тем ярче, доступнее становились эти радужные видения, и лицо охотника светилось счастьем. Но скоро ужас исказит его черты...
Несколько раз он готов был помчаться вперед, чтобы поскорее насладиться встречей с матерью и сестрой, но он всякий раз сдерживал себя.
– Нет, – шептал он. – Лучше я останусь с мулами. Так будет торжественнее! Мы все выстроимся в ряд перед ранчо.
Они подумают, что я приехал с кем-то чужим и это ему принадлежат мулы. А когда я скажу, что это все – мое, они вообразят, что я стал настоящим индейцем и вместе со своими отважными слугами совершил набег на южные провинции.
И Карлос засмеялся от удовольствия.
«Росита, сестренка! – думал он. – Теперь-то она выйдет замуж за дона Хуана. Теперь я могу дать свое согласие. Так будет лучше. Он смелый, он сумеет защитить Роситу, когда я опять уеду в прерии.
Правда, это будет последняя поездка. Съезжу еще только один раз – и меня будут звать не просто Карлос, охотник на бизонов, но сеньор дон Карлос».
И при мысли, что он станет богачом и его будут называть « дон Карлос», он снова рассмеялся."
"""А как странно, что я никого не встретил! – подумал он потом. – На дороге ни души! И ведь совсем не поздно, солнце еще не скрылось за утесом. Куда же делись люди? А на дороге много свежих конских следов...
