Берегись шпионов!

Уже на исходе ночи, когда было ещё темно, но рассвет уже близился, Астахович услышал совсем недалеко от себя тихий шорох. Настороженный слух ясно уловил: кто-то осторожно крался, часто останавливаясь и как бы вслушиваясь в ночную темень.

Астахович крепче сжал винтовку и приготовился к встрече. У него почти остановилось дыхание, и он ясно слышал, как гулко бьётся его сердце.

Вот совсем рядом с пограничником треснула ветка под ногами идущего и вырисовались смутные контуры высокой мужской фигуры…

- Стой, руки вверх, а то стрелять буду!

Неизвестный растерянно затоптался на месте, как бы не зная, стоять ему или броситься в сторону, и, наконец, неохотно поднял руки.

В комендатуре Астахович разглядел задержанного. Хотя на нём было крестьянское платье, он не походил на крестьянина. Морщины на лице и в углах рта, синеватые мешки под глазами говорили о долгой и бурно прожитой жизни. Глубоко сидящие глаза смотрели на мир хмуро, подозрительно и недружелюбно, а в мягких и сдержанных движениях этого человека, в пытливом, подозрительном взгляде, в манере медленно и тихо отвечать на вопросы чувствовалось что-то затаённое, запрятанное глубоко и навсегда.

- Кто вы? Как ваша фамилия?

- Я разорившийся крестьянин. Моя фамилия - Тальберг. Я пришёл искать работы.

- Кого вы здесь знаете?

- Никого не знаю. Я пришёл искать работы.

- Зачем вы сюда пришли?

- Я крестьянин. Я разорился. Я пришёл искать работы.

В назойливости, с которой он повторял, что пришёл искать работы, было что-то фальшивое.

- Покажите ваши руки.

Неизвестный неохотно протянул длинную, сухую руку. Плоская ладонь, длинные тонкие пальцы, коротко подстриженные ногти не носили следов работы землероба. Кожа была гладкая, выхоленная.

- Вы и теперь продолжаете утверждать, что вы крестьянин?

- Я больше не хочу давать показаний. Я устал.

В пограничной комендатуре привыкли ничему не удивляться. Не удивились и на этот раз.

- Не хотите, - пожалуйста.

Прошла неделя. Однажды задержанного вели по улице в баню. По дороге встретился местный крестьянин. Увидев неизвестного, он пристально на него посмотрел, потом .изменился в лице, ещё раз вгляделся и закричал:

- Батюшки, да ведь это сам Эрнест Фёдорович! Эрнест Фёдорович, вы ли это? Глазам своим не верю!!

Арестованный нервно закусил губу, метнул на крестьянина злобный взгляд, но не произнёс ни звука.