Затем Сиволапов доложил по телефону о случившемся командованию.
— Ваше мнение, товарищ майор? — спросил Сиволапова генерал.
— Предполагаю очередную фашистскую провокацию, — ответил Сиволапов. — Но точно обстоятельств еще не знаю. Расследование пока не начинали.
— Значит, взрыв и два убийства, — подытожил разговор генерал. — Ясно. Выставьте посты на местах происшествий, чтобы не затоптали следов, а я к вам пришлю товарищей из контрразведки.
— Посты уже выставлены, — доложил майор Сиволапов.
— Ну и отлично, — сказал генерал.
— Контрразведчики скоро будут у вас."
"Минут через тридцать после этого разговора к майору Сиволапову прибыли два офицера: молодой, смуглый черноволосый капитан и худощавый блондин со знаками капитана медицинской службы. Это были уполномоченный армейской контрразведки капитан Октай Чингизов и военно-медицинский эксперт Алексей Кульков. Вместе с майором Сиволаповым они направились к дому свиноторговца.
Капитан Чингизов немедленно приступил к работе. Он тщательно осмотрел следы у калитки.
Нетрудна было отличить следы добротных штатских башмаков, которые принадлежали лежавшему ничком покойнику, от следов грубых армейских сапог. Следы армейских сапог обрывались около кустов, где лежал покойник, и вели обратно к калитке. «Значит, кто-то вышел из калитки, догнал этого человека, убил его и возвратился обратно», — отметил про себя Чингизов. Около лежащего во дворе трупа лейтенанта следов было больше. Они отчетливо отпечатались на земле. Чингизов зафиксировал здесь отпечатки следов трех пар сапог примерна одинакового размера, глубоко вдавленные следы мужских туфель с низкими стоптанными каблуками.
Видимо, эту обувь носил грузный человек. Среди этих следов был довольно крупный, но узкий отпечаток сапог нестандартного фасона, — такую обувь обычно носили служившие в армии женщины, для которых шили по заказу армейские сапожники. Правда, эти следы были для женщины великоваты, но, несомненно, они принадлежали женщине, причем женщине со своеобразной походкой, как определил капитан Чингизов.
Суженные носки сапог оставляли более четкие следы, чем каблуки, — так обычно ходят женщины, занимающиеся легкой атлетикой или балетом, — отметил про себя Чингизов. Пригнувшись, он стал внимательно осматривать труп, не дотрагиваясь до него. На гимнастерке убитого около левого кармана зияла маленькая аккуратная дырка — такие оставляют пули. Лицо убитого было обезображено: нос сплющен, зубы в полуоткрытом рту вдавлены внутрь.
