Именно мама мужа задаёт тон отношениям.
Тем не менее меня всё равно удивляет, зачем она приехала: я с её сыном в разводе. Интересно, знает ли она об этом?
— Здравствуйте! Проходите, — пропускаю, а сама отхожу, обескураженно наблюдая за ней.
— Тамара Васильевна, что-то случилось?
— И давно ты перестала меня мамой звать? — недовольным голосом интересуется женщина.
— Так мы с Петром в разводе. — обрываю себя на полуслове и вздыхаю. — Он вам не сказал?
— Сказал, дурень! Только сегодня и сказал! Я решила не звонить и сразу приехать.
Он здесь? —
тараторит свекровь, а я выдыхаю.
Ну, хоть, наверное, меня ругать не будет. И на том спасибо.
— Он здесь уже неделю не живет‚ — пожимаю плечами. — В воскресенье составили брачный контракт, где разделили имущество, а в вторник заявление в ЗАГС отвезли.
— И ты мне тоже ничего не сказала? — Свекровь проходит в гостиную, и я предлагаю ей чаю.
Она отмахивается. Видимо, то, что случилось, для неё куда интереснее.
— Да я никому не успела рассказать, для меня всё это тоже шоком было, — честно признаюсь я, а глаза жжёт — вот-вот, и я разрыдаюсь.
"
"— А что стряслось-то? — Кажется, дражайший сыночек не рассказал ей всю правду. — Вы ж только недавно на море вместе ездили!
НУ, Петечка, сам виноват! Я не буду скрывать от «любимой матери» правду.
— Сама в шоке была, — смахиваю слезинку, кстати, не театральную, а вполне реальную. — Заявил мне на прошлой неделе, что мы расстаёмся, потому что у него любовница есть. Я ему больше не нужна.
— Батюшки! — за сердце хватается Тамара Васильевна.
— Он серьёзно, не шутил?
— Да какие шутки. Мы уже брачный договор составили, — напрягаюсь и пью чай. Вдруг свекровь будет против?
— Доченька, надеюсь этот изменщик тебе квартиру оставил? — свекровь краснеет, вероятно, злится на своего сына.
— Да, — дрожащим голосом отвечаю я. — Я не стала спорить.
— И правильно. Хотя бы ума хватило не бросить в беде жену, что его обслуживала. Я своего сына не так воспитывала! Расхлябала ты его! — возмущается гостья, но, скорее, больше на собственного сына.
— Вы, надеюсь, в измене не меня обвинить хотите? — осторожно спрашиваю я.
— Я на твоей стороне всецело. Кроме тех моментов, когда этот дурень весь быт на тебя повесил и ножки свесил.
— Спасибо вам большое. Жаль, что мы с вами вот вот и юридически перестанем быть родственниками, — как камень с плеч свалился.
Я ведь и своей матери о таком не рассказала. Не смогла. Слишком больно и невыносимо даже от того, что вслух говорю.
