И по иронии судьбы попал в очень трудное положение, когда не было правильного ответа.
Вечером еду домой и сразу же прячусь в отдельной комнате. Слышу, что Витур и Милена ругаются, видимо, не могут решить, что делать дальше. Не обращаю внимания, даже когда их ругань переходит в секс.
Ох уж эти эмоциональные горки и притирки в отношениях. Как же я скучаю по этому! Как же я скучаю по Олесе!
Достаю второй телефон и вижу целую поэму от Олеси. Вздрагиваю. Жаль, что я не могу взять этот телефон с собой, Не могу переписываться с любимой в любое время суток.
«Знаешь, я не понимаю. Не понимаю твоих поступков, действий и слов. Не понимаю, зачем нужно было придумывать любовницу. Не понимаю, почему нельзя было сказать правду. Не верю словам
Милены и одновременно верю. Ты поставил меня в чудовищное положение, где я должна решить самостоятельно: изменщик ты или трус. И ни один из этих ответов не объясняет мне происходящее.
""Может, ты мне объяснишь?»
Пробирает от этого сообщения. В ступоре смотрю на него, мучаясь от невыносимой боли.
Я просто не знаю, что ответить. Не знаю, как после всего этого смотреть ей в глаза.
«Прости, что не отвечал. Могу писать тебе только вечером, это единственное время, когда отец
Милены не увидит у меня второй телефон и ничего не заподозрит. Я готов рассказать тебе всё.
Готов обсудить и готов объяснить, почему я это сделал. Любые вопросы, я готов тебе рассказать»,
— отправляю сообщение и сам замираю.
Вижу, что Олеся в сети. Жду, когда она прочитает и ответит."
"Жду пять минут.
Десять. Полчаса. Час. Где-то через полтора часа понимаю, что сегодня мне не дождаться ответа. Вздыхаю и пишу короткое: «Вне зависимости от твоего ответа знай, что я всё ещё тебя люблю».
«Даже если ты больше не любишь меня. Даже если шанса на воссоединение нет, ребёнок всё равно мой, и я всё равно люблю тебя».
Но последние слова так и не отправляю.
46.
Олеся
Игнорирую вечерние сообщения Петра, потому что не хочу играть по его правилам. Даже не читаю их. У меня и своя жизнь имеется.
Даже если это просто здоровый и качественный сон.
К счастью, безумная рабочая неделя закончилась, и я отсыпаюсь. В субботу просыпаюсь только к двенадцати. Мне совершенно ничего не хочется. Очень тяжело после лёгких смен в цветочном переходить на восьмичасовой рабочий день.
Умываюсь, завтракаю и только после всех этих утренних манипуляций, накинув на себя шёлковый халатик для уверенности, я открываю вчерашние сообщения Петра.
Вздрагиваю от последнего сообщения.
