А не дай Бог, это отразится на твоём положении? Ты об этом не думала?
— Люся, я не понимаю ход твоих мыслей… Ты что, передумала и решила, что лучший вариант для меня — это согласиться и отдать ему моего ребёнка?!
— Боже, Тома! Ты же умная женщина, а порой ведёшь себя как подросток. Не нужно никого отдавать. Просто ты могла бы к нему поехать, как он того хочет, но не подписывать договор, а сказать, мол, я должна присмотреться, как вы живёте, подумать хорошенько, то да сё… А сама тем временем начала бы охмурять его…
— Люся, ты дура.
Глава 5
* * *На встречу я пришла на минут двадцать раньше и если честно сказать, сильно нервничала.
За окном пошёл дождь с такой силой, что тяжёлые капли, падая на стекло, казалось, хотели разбить его и проникнуть в тёплую атмосферу ресторана… Точно также как это делает Ладомирский.
Включили фонари и дождевые брызги засверкали. Они уже не казались такими мрачными и злыми."
"Оторвавшись от зрелища идущего дождя, я встретилась взглядом с невысоким и худощавым мужчиной.
Он стоял возле моего столика и смотрел на меня изучающе. Его взгляд был цепким, а в глазах светились ум и хитрость.
— Тамара Юрьевна? — спросила он.
— Да, это я. Добрый вечер, Борис Габрисович.
— Добрый, добрый… — он поцеловал мне руку и опустился в кресло.
— Уф, какой дождь идёт! Вы любите дождь?
— Нет, сырость и холод — это не моё. Я люблю тепло.
Он кивнул и тихо засмеялся.
— Истинная женщина всегда выберет комфорт.
К чему он это сказал — не знаю. Главное, чтобы он смог помочь мне.
Подошедший официант принял у нас заказ.
Пока заказ готовили на кухне ресторана, я вкратце обрисовала ситуацию, в которой оказалась. Старалась по минимуму отречься от эмоций, но нет-нет, через слово у меня проскальзывали нотки возмущения.
Малкович выслушал меня и ни разу не перебил. И лишь, когда я закончила рассказ, задал несколько уточняющих вопросов.
Принесли наш заказ.
Салат с заправкой из чёрного трюфеля, наверное, был великолепен, но я его ела и не ощущала вкуса. Вот до чего довёл меня Ладомирский. А ведь это только начало. Не прошло и недели, как мы встретились первый раз в репроцентре, а я уже нервничаю и переживаю.
Прости меня, малыш, я буду стараться поменьше переживать…
После смены блюд, Малкович, наконец, сказал:
— Вот что Ладомирский будет делать.
Я затаила дыхание. Сердце учащённо забилось.
