Опустилась перед ним на столик. Прохладная гладкая поверхность холодила кожу бёдер. Секунда — не больше.
Носком туфли коснулась телефона, обращая внимание на себя.
Мужчина изумлённо поднял на меня взгляд. Пронзительный. Ястребиный.
Непонятно, какого цвета были у него глаза. Но он, определённо, в шоке от моих действий. Отложил телефон в сторону и откинулся на диване.
— Так-то лучше, — сказал едва слышно, улыбнувшись клиенту.
Неспешно переложила нога на ногу. Мужчина саркастично приподнял уголок губы.
— Допустим, сцена из «Основного инстинкта» с Шерон Стоун уже давно не популярна.
Это всё, на что ты способна?
Минуя меня, он потянулся к столику, наполнив свой бокал. Я протянула ему второй. Для себя.
— Оу, какие наглые стриптизёрши!
У него приятный голос — низкий и мягкий.
— Не пляшут на трезвую голову? Или…
Он обвёл мою фигуру красноречивым взглядом. Скользнул по лицу взглядом — быстрым и мимолётным, уделяя куда больше внимания груди и стройным ногам.
Усмехнулся порочно и многообещающе.
Вызов? Внутри меня зародился ураган в миниатюре.
— Или… — подмигнула я.
— Хорошо, — кивнул в сторону шеста. — Давай, покажи себя. Если умеешь, конечно!
Всего на мгновение в голове промелькнула мысль — отступить.
Но уязвлённое самолюбие возразила, что уже поздно.
Мажористый павлин вывел меня из равновесия. Я дерзко подмигнула клиенту и снова заняла место у шеста.
Но теперь — уверена — он не пропустил бы ни одного движения.
Он оценивал. Пожирал взглядом. Я ликовала в душе! Я умею танцевать стрип хорошо, как никто другой.
Я умею отдаваться танцу так, как будто отдаюсь тому, кто на меня смотрит.
Меня всегда заводил танец. Сейчас горящий взгляд незнакомца не позволял остыть моим намерениям. Кожа покрылась испариной. Мысли в голове метались, как сумасшедшие мотыльки.
Гость VIP-комнаты сидел, широко расставив ноги, и упивался моим танцем.
В неоновом свете белоснежная рубашка казалась светящейся и резала глаза. Первые несколько пуговиц были расстёгнуты. Распущенный галстук болтался под воротником рубашки.
Как бы невзначай незнакомец провёл большим пальцем по пряжке ремня.
Движение медленное и завораживающее.
Откровенный намёк. Его намерения — яснее некуда.
Интересно, он давно на взводе и нарочно корчил из себя незаинтересованного?
Я отрицательно мотнула головой и продолжила извиваться змеёй. Мои бёдра вращались так, словно я раскачивалась, сидя на коленях этого хозяина жизни.
Сама мысль о возможном продолжении заводила меня.
