Наверное, в конце месяца можно будет рассыпать купюры и купаться в них, изображая снежного ангела. Вернее, денежного ангела среди крупных банкнот.
— Мало? — спрашивает Егор, принимая молчание за жадность и желание набить себе цену. — Хорошо, пусть будет двести пятьдесят.
— Да нет же! — машу руками, едва не поперхнувшись. — Всё в полном порядке. Это очень много и…
— Это немного, — останавливает мои метания успокаивающим жестом. — Второе. Ребёнок…
— Да? Что ты хочешь?
— Тест-ДНК показывает, что ребёнок — мой, да? Да… — подтверждает, прикрыв глаза.
— Сейчас я скажу тебе одну фразу. Только не разбивай об мою голову ничего. Пожалуйста. Обещаешь?
— Обещаю! — выпаливаю я и на всякий случай сжимаю пальцы замком. Потому что я прекрасно знаю, как хорошо Егору удаётся выводить меня из себя. За считанные мгновения. Одна насмешка, циничное слово, взгляд, полный превосходства — и я готова расцарапывать ему лицо или кусать. За шею. Кстати, на его шее все ещё красуются следы от моих зубов.
— Ты взяла с меня обещание, что я отпущу тебя, если ты захочешь уйти.
Я прошу тебя дать обещание, что ребёнок будет моим.
— Отцовство? — уточняю я с лёгким смехом.
Я убеждена, что близнец Егора покоится в могиле, что я имела дело именно с Егором, а не с другим. Мне всё больше начинает казаться, что Егор Орлов — чуточку безумец. Остаётся только надеяться, что я смогу удержаться на краю и не упасть туда следом за ним.
— Если ты захочешь уйти, то я хочу, чтобы ребёнок остался со мной.
Вскакиваю.
Пальцы сами сжимаются в кулаки. Егор успокаивающим жестом обхватывает запястья и удерживает меня.
— В целях безопасности. У меня много конкурентов и недоброжелателей. Пока вы будете находиться рядом со мной, я могу быть спокоен, что обеспечиваю должную защиту. Но если ты решишь уйти, этим могут воспользоваться недоброжелатели, чтобы надавить на меня.
— Ты же понимаешь, что ни одна мать не оставит ребёнка! Я ещё не знаю, кто у меня родится, но я не собираюсь расставаться с малышом.
Ни за что.
— Ты будешь его мамой. Сможешь видеться, воспитывать… Всё, что угодно! — убеждает меня Егор.
— Это жестоко. Это… это означает, что я буду вечно привязана к тебе.
— Не хочу тебя расстраивать Кирана, но ты уже привязана. Нравится тебе это или нет.
Я пытаюсь переварить условие Егора. Это же капкан. Ловушка без выхода. Я попросила его о небольшом одолжении, а он в ответ связал меня по рукам и ногам.
— Это чересчур! Ты просто не оставляешь мне выхода.
