К тому же, грудь стала больше!
Даня звонит в основном по вечерам. Его голос звучит устало и слабо. Говорит, что немного приболел, но обязательно обратится к врачу по возвращению домой.
— Если ты не поедешь в клинику, Кравцов, я тебя туда за уши оттащу, — угрожаю ему, а у самой на душе отчего-то неспокойно.
— Не волнуйся, не собираюсь я умирать, — смеется он, а потом желает мне доброй ночи.
Обратно я возвращаюсь как раз за день до назначенного приема у врача. Даниил уже три для как дома. Меня встречает большой букет цветов в гостиной и накрытый на двоих стол.
— Вдруг подумал, что ни разу не дарил тебе цветы, — выходит из кухни Даня и смотрит на меня тепло так и радостно. А я почему-то смущаюсь. Только и делаю что моргаю часто-часто, не в силах сдвинуться с места. — Ну, так и будешь там стоять, или обнимешь мужа? Неужели ни капельки не соскучилась? — с лукавым огоньком в глазах спрашивает Даня, пряча руки в карманах.
Я неспешно иду к нему. Останавливаюсь рядом с цветами, вдыхаю их аромат. Кажется, белых бутонов не менее сотни.
Красиво так.
— Спасибо, они чудесные, — наконец-то преодолеваю последние метры, разделяющие нас и обвиваю его шею руками. Тянусь к его губам за легким поцелуем. Вдыхаю знакомый аромат и прикрываю веки, наслаждаясь теплом его тела.
— Ничего себе малыш за три недели вырос, — удивляется Даня, обхватывая руками мой живот.
— Он еще и безумно активным стал. Особенно по ночам. Пинается и не дает мне спать, — улыбаюсь я, с нежностью вспоминая легкие пиночки малыша.
Даня, не говоря ни слова, задирает мою футболку к верху, становится передо мной на колени и прижимается губами к моему животу.
— Ну, привет, карапуз, — щекочет кожу своим дыханием.
У меня ком поперек горла становится от этой картины. Отчего-то к глазам подступают слезы. Слишком уж я эмоциональной стала. Просто именно такого вот мне всегда хотелось. Мужчину, который бы приносил мне цветы, который с нетерпением ждал нашего малыша, любил нас…
Никогда бы не подумала, что с Даня будет именно тем, кто заставит почувствовать меня все это.
Заставит пересмотреть свои взгляды на жизнь и изменить ценности.
— Ужин стынет, пойдем? — поднимается он с колен, в глаза мне отчего-то не смотрит, но мне кажется, что я замечаю в уголках его глаз влагу.
— Что с твоей рукой? — ловлю его за кисть. У него до локтя набита черная тату, но это не мешает увидеть небольшие припухлости от… укола в вену?
— Капельницу ставили, — хмурится Даня, — ничего страшного, не волнуйся, — быстро добавляет он.
