Дом большой, и ты можешь выбрать любую из оставшихся комнат, а эта кровать неприкосновенна.
Я раскидываю руки по сторонам и падаю спиной на мягкий матрас.
— М-м-м, фантастика.
— Ну, может, ты меня иногда будешь пускать сюда? Скажем, раза три в неделю? В остальных комнатах не такая удобная кровать. — Даня возвышается надо мной, умоляюще заглядывает в мои глаза.
— Если заслужишь, может, и пущу, — хищно улыбаюсь я.
— Спасибо, что дала мне надежду, — театрально произносит он и ложится рядом. — Можешь обустроить все на свой вкус, я не против.
Выберешь, какая из комнат будет детской, — после небольшой паузы говорит он. Его голос заучит тихо и с легкой хрипотцой. Я понимаю, что он смотрит на меня, но не поворачиваю голову в его сторону. Изучаю взглядом белоснежный потолок, стараясь сделать вид, что меня не волнует близость его тела.
— Да, здесь не хватает женской руки, к тому же хоть чем-то займусь, чтобы не умереть от скуки. Я привыкла, что моя жизнь насыщенна, подъем в пять-шесть, разъезды, съемки, вечеринки, а теперь максимум, что мне светит, — походы к врачу и семейные праздники, — тяжело вздыхаю я.
— Считай, что у тебя длительный, хорошо оплачиваемый отпуск. Кстати, ты не против, если на выходных к нам приедут мои родные на ужин?
— Почему ты спрашиваешь меня? — Все же поворачиваю голову в его сторону и встречаюсь с ним взглядом. — Это ведь твой дом.
— Давай назовем его «наш дом». По крайней мере, на то время, что ты живешь здесь. Так что?
— Только не надейся, что я что-то приготовлю, мои кулинарные способности не распространяются на что-то более сложное, чем салат и апельсиновый фреш.
— Постараюсь запомнить это, — кривится Даниил, а потом я непроизвольно облизываю пересохшие губы и замечаю, как темнеет взгляд мужчины. Он, кажется, задерживает дыхание, проходится по мне взглядом.
Между нами снова натягивается нить, а воздух сгущается. Нужно бежать. Нельзя поддаваться на эти глупые эмоции. Это ведь Даня!
— Черт, уже обед, мы с Таней договорились встретиться.
Мне нужно бежать. Занеси сюда коробки с моими вещами, я вечером все разберу, — подрываюсь с кровати я и быстрыми шагами направляюсь к выходу. Чувствую, как подрагивает мое тело.
Это чертово влечение между нами никуда не девается. Нужно оградить себя от Кравцова. Он ведет себя слишком мило, притворяется хорошим парнем, но мы то с вами знаем, что он не такой.
Ребенок. Я здесь ради ребёнка. Нужно не забывать об этом.
