Беременна от неверного (СИ)

Мне нужно это переварить и потом уже принимать решения. Как будет лучше для меня и наших крошек.

Вовремя отдергиваю руку, которая тянется к животу.

— У тебя все нормально, ангел? — в серых глазах столько неподдельного беспокойства, что у меня невольно набегают слезы.

— Немного неважно себя чувствую.

Муж хмурится. Аккуратно кладет мою окровавленную ногу на диван и встает.

— Я за пластырем, и мы едем в больницу.

— Зачем, Наиль? Я в порядке, голова слегка побаливает.

Мотает головой, идет к шкафчику, где аптечка.

— Потому что в коже может остаться осколок стекла, Мариш.

Молчу. С ним нет смысла спорить, все равно сделает по-своему. В этом весь муж.

Наиль с таким трепетом обрабатывает каждую мою ранку, пока я закусываю губу и стараюсь не заскулить от безысходности. Бережно дует на поврежденную кожу, а внутри меня все в узел скручивается.

В голове постоянно звучит голос Ирины, которая спокойно говорит, что она любовница моего любимого мужа. А сейчас я горю в агонии, просто сидя рядом с ним.

И хотелось бы в лицо ему плюнуть и сказать, что я все знаю. Но я могу представить, какие последствия за этим последуют. Да и не даст мне просто так никто развод. Оставит ни с чем, уж у Наиля есть для этого все рычаги, и финансы позволят. А вот я… наполовину домохозяйка, которая учится печь торты. И что я ему смогу противопоставить? Особенно, когда он узнает, что я ношу его детей.

Так что… резкий разрыв может привести к плачевным последствиям для меня и для моих крошек.

— Ну вот, — протирает руки и целует меня в коленку, которая открылась в разрезе юбки, — давай, собирайся, и поехали.

Встаю на ногу и слегка качаюсь. Муж тут же оказывается рядом и обхватывает меня за талию. Резко вдыхаю его знакомый аромат. Сжимаю пальцы на его предплечье. Неуклюже улыбаюсь.

— Ты же голодный. Давай я тебя накормлю.

Наиль удивлённо вскидывает брови.

— Ты серьёзно, Мариш? Какой ужин? Только после того, как тебя осмотрит врач.

Боже… раньше бы меня такая забота со стороны Наиля покорила. А сейчас вызывает горечь и настороженность. Вдруг именно за заботой он пытается скрыть предательство.

— Все в порядке. Как будто мы никогда не ранили ноги, Наиль. Да даже в школе было.

Он настырно мотает головой и сжимает губы. Они превращаются в тонкую полоску.

— Вот именно, Мариш.