— Бред!
— Дорожки кокса на столе говорят сами за себя. А ты даже не кричала и не отбивалась, Лежала подо мной, как полумёртвая муха, потому что была пьяна не меньше меня. Так? — Покровский впился ледяным взглядом мне в лицо. Утвердительно кивнул. — Так. Отсюда возникает вопрос. Ты действительно хорошая девочка? Потому что хорошие девочки не нажираются до скотского состояния, Алёна.
Я перевела дыхание. Говорить о том, что меня кто-то похитил, я не стала. Это выглядело бы как оправдание. Я не хотела оправдываться перед этим наглым мужчиной.
— Двойные стандарты, Покровский. По-твоему, если девушка пьяна, это достаточный повод для того, чтобы изнасиловать её?
— Что ты делала в том клубе? — напористо спросил Покровский.
— А что делают в клубах? Расслабляются.
— Ты кого-то ждала?
— Даже если ждала, то явно не тебя! Я ответила на твой вопрос?
— И да, и нет. А теперь подумай, сколько моральных уродов бегают за жертвой насилия, чтобы извиниться? Много? Или это ничего не стоит, Алёна?
Я не знала, что ответить на эти слова.
Покровский был в чём-то прав. Я была раздосадована, что начала смотреть в сторону Покровского немного иначе. Этого не должно быть…
— Алён, как бы ни мусолили с тобой тему прошлого, оно не изменится. Есть факты. Они таковы — у тебя куча проблем и нежеланный ребёнок от меня. Я могу изменить твою жизнь к лучшему и забрать ненужного ребёнка.
— Боже, Покровский! Зачем ты прицепился ко мне? Посмотри на себя! Хочешь ребёнка? Свистни на улице! Устрой кастинг среди девушек, подходящих под твои запросы.
Оставь меня в покое. Я не хочу вынашивать ребёнка от тебя. Не хочу. Мне не нужен этот крошечный эмбрион, прижившийся даже вопреки принятым таблеткам! — я уже почти кричала.
— Не эмбрион. Ребёнок, Алён. Моя невеста была беременна, когда погибла. Я перепутал её с тобой и в ту же ночь узнал, что Мила мертва. Ты хотела предотвратить наступление беременности. У тебя ничего не вышло, — он чеканил слова, как автомат, не обращая внимания на мои доводы. — И не выйдет.
Понимаешь, к чему я веду?
— Это просто набор предложений, Покровский.
— Нет. Это всё одна цепочка. Знак сверху, что пора что-то менять в своей жизни! — Покровский помолчал и внезапно перевёл разговор в другое русло. — Ты будешь завтракать?
— Кусок в горло не лезет.
— Знаешь, у меня почему-то тоже.
Покровский небрежно швырнул несколько крупных купюр.
— Давай выйдем на улицу?
На этот раз я успела схватить свою одежду быстрее, чем Покровский смог вмешаться.
