Я провернула кольцо на пальце. Бриллиант один-единственный, некрупный, но очень красивый и безумно дорогой. Заметила, что мы одновременно смотрели на свои обручальные кольца, словно не веря произошедшему.
— Давай не будем думать о плохом?
— Давай не будем, — согласилась я.
Пыталась не думать, не нагонять тучи, но всё равно тоскливо.
Платье, кольцо, причёска, автомобиль, даже мужчина рядом — уже муж — всё чересчур красивое, но отдавало фальшью. А я хотела, чтобы было по-настоящему и по любви…
Арсений притянул мою руку к себе на колено, переплетает наши пальцы.
— Всё-таки, ты загоняешься плохими мыслями, Бабочка.
— Ты когда-нибудь думал о браке? Настоящем? А не как у нас с тобой, — смахнула пальцами невольную слезу.
— Думал. Хотел бы, чтобы как у родителей. Один раз и на всю жизнь.
После его слов я удивлённо посмотрела на Арсения.
— Да, именно так. Можешь смеяться, мол, мечты как у маленькой девочки… — Покровский иронизирует, пряча под напускной усмешкой искренность.
— Мои мечты тоже были где-то там.
Рядом с твоими, — вздыхаю. — Давай не будем думать о плохом?
Впервые поняла, что Покровскому хочется счастья.
Без бирок с ценой, без грязных пятен, со светлым фоном без капли животной пошлости.
Мне тоже мечталось о таком счастье. Просто нас двоих закрутило в порочную воронку и сломало.
Выбраться тяжело, несмотря на попытки.
Хотелось перевернуть эту нелёгкую для нас обоих страницу.
30. Алёна
После регистрации брака прошло несколько дней.
Я ждала увеличенного внимания и скептических ухмылок Ивана.
Но близкие не спешили поздравлять Покровского. Я сделала вывод, что Арсений скрыл от всех свой брак.
А потом он обмолвился, что Иван со своей семьёй уже больше недели отдыхают на белоснежном песке и греются под тропическим солнцем.
— Поэтому ты так спешил с регистрацией брака? — не удержалась от вопроса. — Иван не рад тому, что ты держишь меня около себя.
— Отчасти ты права, — не стал юлить Арсений. — Пока Ванька далеко, у меня руки развязаны. На таком расстоянии он не смог бы вставить палки в колёса и омрачать настрой своим скепсисом.
— Большой дядя Сеня прячется от Ивана, — пошутила я.
Вышло само собой, но Покровский рассмеялся неожиданно громко.
— Да, я младший. От этого никуда не деться, как и от того, что старший брат приглядывал за мной, как нянька. Кстати, мы обещали племяшам выходной день. Как только вернутся, планирую забрать их. Ты в деле, если помнишь…
Мне становилось проще общаться с Арсением. С каждым днём понемногу.
