Беременная про запас или Наследник для Владыки драконов

— Человеческое тело столь хрупко!

— Многие драконы женились на человеческих девушках, и те рожали здоровых наследников, — запротестовал целитель, который, как я поняла, тоже был человеком и знатоком человеческой физиологии.

— Да, но они были замужем за драконами, — сделала она акцент на статусе неведомых мне женщин. — Не мне вам рассказывать, магистр Виус, что после обряда единения с драконом и принятия его крови человеческий организм меняется, становится сильнее, выносливее, увеличивается и продолжительность жизни.

— Но этот ребенок обещает быть сильным магом…

— Кому он обещает? — хмыкнула женщина, которая не нравилась мне все больше с каждой минутой.

— Но ведь оракул видел его будущее, — запротестовала я.

— Будущее зыбко, дитя мое, — ответил мне старец всё с той же отеческой улыбкой. — Я вижу лишь вероятности, но будущее строится здесь и сейчас.

— Вероятность. Именно! — кивнула целительница. — Вы понимаете, что чем сильнее ребенок, тем меньше вероятность ему родиться в человеческом хрупком теле? Беременность будет совсем не легкой, а роды могут стать преждевременными.

— Да не применяла я магию! Вы вообще себя слышите? — не выдержала я. — Как ребенок может быть “достойным”? Это ребенок! Маленькая кроха, которая вообще никому ничего не должна. Какое право вы имеете вот так просто сегрегировать детей?

— Не тебе мне указывать, человечка! — ощерилась женщина.

Ну точно драконица, вон даже зрачок вытянулся!

— Магистр Лайза, соблюдайте этикет, когда разговариваете с матерью будущего наследника Тиамириса, — безапелляционно заявила императрица.

— Наследника? — возмутилась драконица. — Наследник появится в законном браке!

— Магистр Лайза! — одернула её императрица, и целительница отступила на шаг, но голову не опустила.

— Я лишь служу Тиамирису, чести и достоинству императорской семьи.

В комнате воцарилось молчание. Я отсчитывала секунды, не сводя взгляда с императора, от которого зависела моя судьба. Нет-нет, так просто я не смирюсь с его решением, буду искать выход, но как же его воля может облегчить мне жизнь! Быть может, удастся уговорить его помочь мне вернуться домой?

— Этот ребенок в будущем будет важен, я вижу, — внес свою лепту оракул, которого я готова была расцеловать.