Мы были в клубе, там есть камеры, но не поеду же я просматривать их? Тем более срок хранения такой записи уже наверняка истек, а если запись и сохранилась, то вряд ли мне её предоставят. А вот в доме, где у нас подключено видеонаблюдение, все может сохраняться, и по первому запросу жильцов проверить легко. Я подошел к консьержу и попросил найти запись на пятое сентября, приблизительно после одиннадцати вечера. Он включил запись и поставил на быструю перемотку. После двенадцати появились мы. Это была абсолютно точно Яна.
"
"Мы вышли из такси, и целовались от самой двери. Нас не волновало, то, что могут увидеть или осудить. Мы были поглощены друг другом. Я смотрел, как маньяк и впитывал эту энергетику страсти, как вампир. Консьерж встал и отлучился из коморки, оставляя меня один на один с монитором. А я никак не мог оторваться от этой записи. Мы стояли и целовались на входе, как сумасшедшие не могли оторваться друг от друга. Только Яна переводила дыхание, как тут же набрасывалась вновь и этот ураган повторялся.
Она разорвала поцелуй и что-то мне сказала. Я обхватил ее лицо ладонью, не отрываясь всматриваюсь в нее, и от моего ответа она рассмеялась, запрокидывая голову назад. Честное слово в моей голове я слышал ее смех, такой мелодичный, добрый, а самое главное искренней. Я утянул ее в подъезд, нажал вид с другой камеры, и картинка вновь показала нас. Теперь она тянула меня в мою же квартиру. Сейчас я видел совсем другую Яну. Более открытую, раскрепощенную и она мне нравилась.
Видимо Яна замкнулась, когда узнала про беременность и скрывала ото всех правду.
Боже, да у нее жизнь перевернулась. Она не знала, кто отец, раз сказала, что узнала недавно. И все это время просто скрывала это. А ты вел себя, как болван. И теперь сомнения полностью отпали.
Она беременна от меня.
Закрыл записи, очищая паку за тот день. Никому не нужно знать, а мне будет так спокойнее и покинул коморку консьержа. Поднялся к себе в квартиру вспоминая, те кадры, как мы поднимались в квартиру.
Но не потому, что я вспомнил, а потому что видел это собственными глазами, а дальше воображение рисовало продолжение. Поэтому меня штырит только от ее взгляда и запаха.
Еле добрался до кровати и упал, желая поскорее уже забыть сегодняшний день. Но не получается, она въелась так глубоко, настолько прочно забралась под кожу, что не убрать ничем. А я не хочу. Даже если бы ребёнок не оказался бы моим, я не смог бы отказаться от нее.
Глава 37
Яна
— Ром.
