Где на только его откопала? Такие уже лет десять не шьют. Если только не сама вязала. А она может, у нее, уверен, много скрытых талантов.
Разделся и подошел к ней. Едва коснулся ее ладони — ледяная. Все же замерзла. Достал плед из шкафа и подошел ее укрыть, но она завозилась. Сначала перевернулась, но от неудобного положения голова упала с мягкого подлокотника, и Яна тут же подскочила.
— Александр Иванович? — Яна удивилась, увидев меня, тут же встрепенулась иподнялась.
— Спокойно. Не переживай, все хорошо, — старался успокоить ее, но она же неугомонная, подскочила и встала очень близко мне.
Глупая.
Зачем?
— Я спокойна, мне пора. Я просто реферат сделала и буквально на секунду отключилась. Даже не думала, что настолько долго.
— Я тебе разрешил работать. Перестань оправдываться.
Яна меня не слышала, она продолжала тараторить что-то в свое оправдание, и это выглядело настолько мило.
— Вы только не злитесь. Я не часто буду, только изредка. К зачетам подготовлюсь.
Я обхватил ее за плечи и слегка встряхнул.
На этом она остановилась и посмотрела уже на меня, а не на мою грудь.
— Я не злюсь. Я тебе разрешил. Если все успеваешь, то никаких проблем. Только, Яна, я вижу, что ты очень устаешь. Может, тебе лучше в отпуск сходить? На неделю до экзаменов?
Черт, Грозный. Что ты творишь? Ты ее только что принял, она проработала всего полтора месяца, а ты ее уже в отпуск?
— Нет. Все хорошо. Я пойду. На учебу пора. Еще раз извините, что так получилось.
Она хочет уйти, но я не могу разжать пальцы.
Просто потому, что они утопли в вязке свитера, кончики пальцев покалывает от тепла. Не хочу, но отпускаю.
— Нам стоит поговорить, Яна.
Она посмотрела на меня и закусила губу. Девочка, когда ты последний раз так сделала, я тебя поцеловал. Меня начинает штормить от нее. Буквально только от ее присутствия. А Яна как будто этого не замечает.
— Александр Иванович. Мы поговорим, но не сейчас. Давайте потом, слишком много дел.
Яна вновь дернулась. Она убегает. Опять.
И это уже накаляет.
Но я вижу, как она сжимается, и даю послабление. Вновь.
— Хорошо. Не сегодня, но разговор, Яна, должен состояться на этой неделе. Мы сейчас в подвешенном состоянии.
— Я не хочу находиться в таком состоянии. Я хочу спокойно работать, — робко и тихо ответила она.
— Тебя никто с работы не гонит. Нам с тобой лично нужно все обсудить. И именно наши отношения подвешены.
Я стоял на своем, но все же мягко пояснял свою точку зрения. Она должна понимать и доверять мне.
