Да, внизу живота болело, но дойти к столу и посидеть на стуле я могла.
Тем более, есть чуть ли не лежа жутко непривычно и я боялась, что пролью суп на кровать Палача. Навряд ли он будет этому рад."
"Попытавшись сесть поудобнее, я наклонилась к подносу и, в итоге, за считанные минуты съела всю находящуюся на нем еду. Только теперь понимала насколько сильно хотела есть и наконец-то утолив голод, почувствовала себя значительно лучше. Даже расслабилась, из-за чего, когда услышала звук открывающейся двери, подумала, что это горничная вернулась за грязной посудой и лишь спустя несколько крайне долгих секунд, вспомнила о том, что она стучала прежде чем зайти, а этот человек вошел будто к себе.
Словно он являлся хозяином этого места.
Я подняла взгляд и посмотрела на Палача, который как раз сел в массивное кожаное кресло, находящееся неподалеку от кровати. От того, как он посмотрел на меня, я почувствовала себя так, будто к коже прикоснулись раскаленные угольки и внезапно мне показалось, что тот набор для сна, в который я сейчас была одета, являлся слишком откровенным, из-за чего я взяла одеяло и прикрылась им.
— Еще болит? — спросил Палач.
— Да, — я кивнула и нервно скосила взгляд в сторону. Немного помялась, но, собравшись с силами, решила спросить: — Что теперь будет? Ты… Ты опять прогонишь меня? — старалась говорить ровно, но все равно запнулась. Голос дрогнул и я на несколько секунд отвела взгляд в сторону.
— Нет.
Я сильнее сжала ладонями одеяло и несколько раз растерянно моргнула.
— Почему? Ты же предпочитаешь более опытных девушек, а я ничего не умею.
— Сделаю исключение, — Палач подпер голову кулаком. — Мне хочется тебя.
Я шумно выдохнула и ощутила, как щеки начало покалывать румянцем. Толком не знала, что чувствовала в этот момент, но прекрасно улавливала страх, надежду, собственную потерянность и смущение.
— Все еще хочешь оставить меня в роли своей игрушки?
— Почему нет?
— А… А пока я буду с тобой, ты дашь мне защиту? — против воли я в это мгновение вспомнила про Самсонова и тут же ощутила беглую дрожь, ледяной остротой покалывающую кожу, и панику впившуюся в сознание жуткими шипами, но стоило мне посмотреть Палачу в глаза, как я почувствовала, что его такой тяжелый взгляд в это мгновение наоборот почему-то успокаивал.
— Да.
— То есть, ты прямо от любого защитишь?
— Пока ты моя — тебя никто не тронет.
— И… Как долго это будет длиться?
— Пока у меня стоит.
Я вздрогнула и наклонила голову, пряча лицо за прядями волос.
