Сначала чуть не выдала фразу на тему того, будто нереально заснуть, когда угроза до такой степени ощутима, но после решила не искушать судьбу."
"Палач не трогал меня. Пока что. Заключил в горячий капкан рук, прижал к мощному телу, но на громадный орган не натягивал, не вбивался жестким рывком. Его объятья можно вытерпеть. Тут ничего страшного нет.
Привыкну. Если повезет, даже провалюсь в сон.
Странно. Он погружал меня в лед. Но он же изгонял всякий холод. А еще от него приятно пахло. Терпкий аромат, мускусный, тягучий.
Этот запах проникал в плоть и в кровь, разливался по венам смолой.
Я и правда отключилась. Нырнула во тьму. Причем практически сразу. Когда открыла глаза, уже наступило утро. Палача рядом не было.
Черт. А ведь я ничего не знаю о нем. Я даже не в курсе его имени. Возраста. Вся информация о нем настолько смутная и запутанная, что разобраться нереально.
Я даже про Самсонова знала больше.
При мысли о том жутком маньяке меня передернуло. Казалось, даже в комнате резко стало темнее.
И я приподнялась, вжалась в спинку кровати.
— Хозяин ждет вас, — сообщила горничная. — Стол накрыт.
— Спасибо, я не голодна.
Женщина изменилась в лице, явно напряглась, услышав мой ответ. Уходить она не торопилась.
— Что случилось?
— Я не знаю, как сообщить от отказе, — честно призналась горничная и побледнела еще сильнее. — Хозяин обычно завтракает один. А тут… впервые такое.
Теперь уже и мне стало страшно отказываться.
— Я сейчас, — нервно усмехнулась. — Скажите, что скоро приду.
Набросила первое подвернувшееся платье, наспех привела себя в порядок. Двинулась туда, куда указала горничная.
Завтрак прошел в тишине. Палач не удостоил меня взглядом. Буравил телефон горящими глазами, изучал документы в толстенной папке.
Он и не глянул мою сторону. Ни разу. Хотя кожу дико жгло, но это скорее всего от волнения, ведь дурацкое платье постоянно соскальзывало, слишком сильно оголяло плечи и грудь, поэтому я постоянно поправляла наряд.
Я не притронулась к еде. Залпом выпила чашку кофе и жутко обожгла рот.
Глухо простонала.
Я чувствовала себя полной идиоткой.
— Никогда не надевай это платье, — голос Палача прозвучал будто удар грома.
Вздрогнула всем телом и тут же пришлось снова поправлять проклятый наряд, ведь грудь обнажилась.
— Тебе не нравится? — пробормотала я.
Он поднялся и двинулся на выход, но в последний момент как будто решил задержаться. Остановился возле меня и склонился.
— Так и тянет содрать, — отчеканил Палач.
