В горле моментально становится сухо при мысли о том, что вот-вот, совсем скоро, мы опять увидимся с Артуром. Он сказал, что будет ждать меня у центрального входа в ресторан, чтобы серьезно поговорить и я догадываюсь, о чем именно пойдет речь.
— Ты уходишь со мной? — спрашиваю Аньку, в надежде на то, что она составит мне компанию в разговоре с отцом Максима.
Ну или постоит поблизости в качестве моральной поддержки, чтобы не пришлось ехать с ним на автомобиле домой.
— Нет, извини, я ещё на час-другой задержусь, Насть.
Перед поездкой домой нужно заработать на подарки семье, — сообщает Анька и я разочарованно вздыхаю.
Свои подарки семье я тоже готовлю. С разницей только в том, что передам их по почте. Я люблю своих близких и они по-своему хорошие у меня. Но так получилось, что на моей родине достаточно скептически воспринимают тех девушек, которые ""приносят в подоле"", а я не хочу позорить свою семью.
Приняв легкий бодрящий душ после смены, я переодеваюсь в свою обычную повседневную одежду и выхожу в зал.
Прохожу между пустыми рядами, чтобы сильно не мелькать в своих обносках перед клиентами и направляюсь к центральному входу с каждой секундой сильнее ощущая невероятное волнение. Господи, да я во время экзамена по политологии со строгим профессором Иваницким так сильно не волновалась как волнуюсь сейчас. Я уже вижу Артура через прозрачную входную дверь. Вижу, что он стоит у автомобиля, который припарковал неподалеку и посматривает на часы.
Я завороженно наблюдаю за тем, как с неба падают пушистые снежинки и покрывают тонким слоем снега его голову и плечи.
И я отчётливо понимаю, что боюсь как огня очередной встречи с ним. Минимум час в тесном пространстве его машины один на один. Ну нет, я этого не вынесу. Все выношу, а это не могу. Когда Артур поворачивается и бросает свой взгляд на дверь, я отшатываюсь в сторону настолько быстро, насколько это возможно, чтобы он не успел меня заметить.
— Ань, можно тебя на секунду? — подзываю к себе освободившуюся подругу.
Аня подходит ко мне ближе, минуя пустые столики.
— Да, говори.
— Видишь на улице Артура? Отца Макса? — киваю в сторону двери, но сама не высовываюсь из окопа.
Чувствую себя особо опасным преступником, который совершил побег из колонии.
— Ну да, вижу, — подтверждает Аня.
— Вот, отдай ему, пожалуйста, деньги. Скажи, что Настя просила передать. Он всё поймет.
— Как знаешь, Насть, — Анька поправляет свои волосы, расправляет плечи, включает всё своё женское обаяние и кокетство и идет на старт.
