Я всегда думала, что не отношусь к тем мамам-наседкам, которые впадают в истерику от каждого прыщика или пятнышка, но сейчас мне впервые за время моего родительства становится по-настоящему страшно. Что делать в таком случае я прекрасно знаю, но это не мешает мне паниковать.
— Что-то случилось? — спрашивает Артур, остановившись на светофоре.
Он хмурится и всматривается в моё лицо. Должно быть сейчас по нему можно прочитать мои эмоции. Убираю трубку от уха и пересказываю на автомате слова, сказанные няней.
— У Алёши высокая температура.
— Дома же есть лекарства? Попроси её пусть даст до нашего приезда, а я пока вызову скорую, — я внимательно слушаю Артура и согласно киваю. — Они посмотрят на всякий случай. Алёша же ещё маленький.
— Да-да, ты прав, — вновь прижимаю трубку к уху и прошу няню дать сыну жаропонижающий сироп.
Няня отключается и обещает выполнить все мои инструкции, но спокойнее от этого не становится. Бросив телефон в сумочку, откидываюсь на спинку сиденья и прикрываю глаза. Молюсь только о том, чтобы с моим сыном было все в порядке и болезнь скорее миновала.
Теплое прикосновение к моей коленке согревает меня, и я перестаю мелко дрожать от страха. Открыв глаза замечаю руку Артура, которая поглаживает меня вверх по ноге.
— Всё будет хорошо, Насть. Ты же мне веришь? — спрашивает негромким хрипловатым голосом.
Эх, мне бы хоть каплю его уверенности и спокойствия.
— Верю, Артур, — немного расслабляюсь, полностью доверившись ему.
Одновременно с нами у подъезда останавливается неотложка.
Осмотр показывает, что у малыша банальная простуда и нет смысла везти его сейчас в больницу. Нам назначают адекватное для такого возраста лечение и оставляют дома.
Алёшка немного капризничает у груди. Его жар то спадает, то опять поднимается, заставляя меня паниковать половину ночи, бросаясь к его кроватке при каждом шорохе.
— Насть, ты ляг поспи, — предлагает Артур, притягивая меня к себе. — А я пока присмотрю за ним.
Киваю и чувствую неимоверную усталость. Веки наливаются свинцовой тяжестью, а Морфей утаскивает меня в своё царство.
Засыпая, я думаю о том, что если не Артур, то кто? Кому ещё я смогла бы доверить жизнь и здоровье своего малыша? Только ему, Артуру.
Мне кажется, что я закрываю глаза только на секунду. Ну ладно, так и быть, на минутку. А открываю только тогда, когда на улице уже светло и в комнату нашу ласково светит зимнее солнышко. Артур сидит на краю нашей кровати и качает люльку, где засыпает мой сын.
