— Мать, у меня уже места не хватает, — произносит с укором Анька. — Много у тебя ещё родственников осталось?
— Последний пакет любимой бабуле, — протягиваю упакованный в яркую новогоднюю бумагу свёрток и виновато пожимаю плечами.
Бедной Аньке всё это волочить на вокзал, а потом таскаться с моими подарками по родственникам. Будто делать ей больше нечего. Но она сама виновата — предложила свою помощь, а я, не раздумывая, согласилась.
— Бабуле ладно, бабуле передам, — улыбается подруга и буквально вжимает последний свёрток в переполненную сумку, закрывая её на замок.
— Спасибо тебе, Ань. Огромное спасибо! Ты это… передай всем моим, что я их очень сильно люблю, — в глазах моментально скапливаются слёзы и я часто моргаю, чтобы совсем не раскиснуть.
— Передам, Насть, не волнуйся. Они и сами прекрасно понимают, что ты у них хорошая девка, просто золото. Жаль только, что о беременности своей ты ничего им не рассказала, — вздыхает подруга и опускается на пружинистую общажную кровать.
— Что ты, Ань! — пугаюсь и чувствую как часто стучит моё сердце.
— Вспомни, как отец увидел в десятом классе, что я впервые целуюсь с Димкой Ивановым. Он нравился мне с первого класса, а тут наконец обратил внимание на школьной дискотеке по случаю окончания учебного года. Мы весь вечер танцевали медляки, а под конец — он слегка коснулся меня губами. Что было дальше, я могу тебе не рассказывать — ты и сама это помнишь. Всё лето я просидела дома над учебниками, измученная его нравоучениями о том, что порядочной девушке целоваться до свадьбы ни с кем нельзя.
А тут… беременность. Да он с меня шкуру живьем сдерет за то, что посмела ноги раздвинуть перед первым встречным.
— Ладно, ты не волнуйся, я, как и обещала, буду молчать, — произносит Анька. — Но ты же сама понимаешь, что долго скрываться у тебя не получится.
Из общаги я выхожу с каким-то тяжелым грузом на сердце. И с полным пониманием того, что, скрывая от родных правду, поступаю неправильно и подло. Но Анька права и вечно так продолжаться не может.
Как только рожу — тут же сообщу родителям и будь что будет."
"Прямо из общежития я направляюсь на рабочее место. Сегодня по графику у меня четыре рабочих часа. Честно говоря, я очень сильно удивилась, когда увидела Олесю Максимовну на пороге своей квартиры. Странно, но она не ругалась и не кричала. Спокойно предложила вернуться на работу с облегченным графиком работы на тех же условиях, что и раньше. Я, конечно, тут же согласилась.
