С мамой у меня нормальные отношения, однако слушать ее сочувственные вздохи не было сил. Я еле дождалась, когда выйдет срок аренды. А вот у Кононова на этот счет свое мнение.
— Почему не продлили? У Веры Михайловны трехкомнатные апартаменты.
Он открывает передо мной дверь пассажирского места впереди. Смотрю на черный хэтчбек и уже сомневаюсь, стоит ли в него садиться.
— Я — молодая женщина и не хочу жить с мамой, Семён.
Терпеть не могу, когда меня называют женщиной. Но тут специально прибавляю себе взрослости. Да и посылаю бывшему неосознанный намек.
Он — мужчина, я — женщина… Приедем в абсолютно пустое жилье. Но у Кононова свои мысли в голове.
— М-да, — щурится, — так гораздо удобнее… возвращаться из закрытых заведений.
Вспыхиваю.
— Хочешь сказать, я таскаюсь по клубам?! Да я… Знаешь, что?!
Резко разворачиваюсь, иду назад к входу. Оттуда вызову такси. Мне кажется, я даже махом трезвею, хотя голова еще кружится. Надо было додуматься позвонить Семёну! Еще какие-то желания были в его сторону. Да все, что он может, окончательно изгадить настроение.
Я так тяжело дышу, что не слышу шаги за спиной. Вздрагиваю, мужская рука берет меня за локоть.
— Я хочу сказать, тебе надо быть осторожнее, — говорит он спокойным тоном, но держит крепко.
— Это не твое дело! — наши лица очень близко.
Его глаза сверкают в искусственном свете.
— Согласен. Но раз уж ты мне позвонила, сегодня я отвезу тебя домой.
Его тон припечатывает, я уже даже не дергаюсь. В нем твердая решимость. Фыркаю.
— Наверное, я просто соскучилась, — его губы в ответ на реплику легонько дергаются, — по нотациям.
Едем.
Мужской рот судорожно напрягается, Семён ничего не отвечает. То-то же. Возвращаемся к авто.
Едем до моего дома в звенящей тишине. Первый раз я на сто процентов понимаю смысл этого выражения. Кононов даже не включает музыку. Я все еще злюсь, а тело так и ломает от неудовлетворенности. Еще и его дурацкий парфюм, который напоминает о тысяче моментов. Но больше никаких желаний! Выйду из его тачки и забуду о нем навсегда.
Наконец, доезжаем.
— Спасибо, прощай.
Выскакиваю из авто, но он выходит следом и преграждает мне путь к подъезду.
— Я провожу.
Мне не восемнадцать, я специалист в своем деле. Но этот мужчина так ловко дает ощутить себя взбалмошной девчонкой. Это и бесит, и… заводит. Но последние эмоции стараюсь душить на корню.
— Там видеонаблюдение.
— Да мне плевать.
В голосе Кононова уже тоже плещется раздражение. Наверное, хочет скорее от меня отделаться.
