Еще недавно он казался мне твердолобым предателем. Даже вспоминать смешно… Мне вообще кажется, сейчас он единственный на моей стороне.
Семен встает, поднимает меня за руку, помогает одеться. Выходим в салон, благодарим девочек. Кононов оставляет им чаевые. Говорит, за покупками обязательно вернемся. Думаю, как мы будем выбирать приданое малышу и улыбаюсь, несмотря на ужасный день. Бывший муж в это время ведет меня к машине.
Он не задает никаких вопросов, и я молчу. Сажусь на сидение рядом, откидываюсь на спинку. Честно, я даже не знаю, как Кононов отреагирует на поступок Димы.
Пока лучше спокойно доехать до клиники. Прикрываю глаза, мне и правда хочется подремать. Так что едем под тихую музыку.
С парковки бывший муж снова ведет меня за руку. Я не против, сейчас мне вообще не хочется независимости. Но в голове мелькает мысль — а как же Таня? Ведь она работает здесь и увидит этот жест. Для нее и так вся эта ситуация, наверное, довольно паршивая.
Впрочем, до самого кабинета врача мы старшую медсестру не встречаем.
Но мысль о ней остается где-то внутри. А пока мне надо пообщаться с медиком. В конце концов, не только Семен, но и я безумно волнуюсь за малыша.
— Позвони мне, как закончите, — велит хозяин клиники моему доктору.
Сорокалетняя женщина с высокой грудью и большими серыми глазами кивает. Мне она нравится, простая, но очевидно умная. Располагает к себе. Когда бывший муж уходит, рассказываю, что сегодня пережила некоторый стресс. Доктор делает свою работу, а в параллель болтает.
— С красавчиками так, — вздыхает она, — я тоже в двадцать один выскочила за одного такого по глупости.
Только он не был никаким ведущим, а попросту был никем. Зато хотел щи-борщи и меня всегда при параде. Я весила тогда пятьдесят килограммов…
Она еще что-то мне изливает. М-да, в двадцать я была умнее. Или мне просто повезло? Но моим первым «парнем» стал достойный человек. Жаль, что потом все остыло и скатилось в постоянное ожидание его с работы. Хм… Жаль?
От воспоминаний меня отвлекает доктор, пора поговорить о важном.
Говорит, ложиться в клинику не обязательно, но надо быть под присмотром. В случае чего обо мне должен кто-то позаботиться. Ох, только не надо говорить, что мне придется переехать к маме. Я люблю родительницу, но мы плохо сосуществуем под одной крышей.
Пока же медик звонит Семену по внутренней связи, и тот приходит меня «забирать». Похоже, этот долгий день подходит к концу. Бывший коротко уточняет у коллеги о моем состоянии, та упоминает про стресс.
