Вот же… уже не знаю, кем ругаться! А правда, кого полагается вспоминать, когда с визгом приземляешься в пенную воду, в которой уже сидит совершенно голый мужчина. Дасх, если быть точной.
— Привет, — пискнула, отфыркиваясь от щекотной пены.
Щеки бросило в жар. Да что там щеки! Все лицо, и уши, и шею, и…"
"— Ды-ымка… — протянул Марлекс с предвкушением. Серые глаза сделались почти черными.
Ой-ёй. Кажется, на этот раз попала я.
— А я тут мимо пролетала…
Негромкий треск заставил меня снова глянуть вверх.
Однако… Понятия не имею, что он сделал, но свежепроделанной дыры как не бывало.
— Я заметил. — Темная бровь насмешливо изогнулась, губы суженого дрогнули в улыбке.
И пришло четкое осознание: удрать по-тихому не судьба. Уж слишком довольная у некоторых физиономия. Итог один — надо срочно прощать.
— Как водичка? — Горячее дыхание дразняще обдало ухо. Это он уже успел развернуть меня спиной к себе.
— А можно мы сначала поговорим?
Ловкие пальцы пробежали по застежкам.
— Как скажешь, милая!
Ой, не нравится мне его интонация… И вообще!
— Ты что делаешь?! — Наученный горьким опытом дасх легко перехватил локоток, коим я всерьез вознамерилась врезать вконец распоясавшемуся нелюдю в живот.
Плясь! Промокший плащ, щедро украшенный белыми клочьями ароматной пены, оказался на полу.
— Раздеваю тебя, — просветили меня совершенно спокойно. — Или ты привыкла купаться в верхней одежде?
Нет, ну вообще-то он прав… Только от этого почему-то не легче!
Руки бы поотрывала тому умнику, который придумал пуговки на платье на спине пришивать! Несколько еле уловимых движений, поток возмущений — и мокрые, чуть шершавые ладони беспрепятственно скользят по обнаженным плечам, распространяя по телу стайки мурашек.
Ой, кажется, я его уже простила…
Платье нашло приют рядом с плащом.
— Рубашку! Рубашку оставь! Я слышала, некоторые дамы забираются в ванну прямо в ней, — и изо всех сил вцепилась в творящие неприличное руки.
Да что ему мои жалкие трепыхания!
— Вот уж не ожидал, что ты у меня такая скромница. — Шеи коснулись твердые губы, заставляя откинуть голову на широкое плечо, выгнуться им навстречу.
Треск ткани — и гору одежды на полу венчает светло-бежевый лоскуток. А тело приятно ласкает мыльная вода. Ну и не только она. М-м-м, хорошо-то как…
— Дымка! Ты до сих пор носишь панталоны?!
У-у-у… А ведь я собиралась приличное белье купить.
