Беркут (Щегол-3)

Кулаки, локти и колени прилично сбиты, залиты биогелем и «схвачены» регенерацией, но еще не затянулись, так что осторожнее. А моральное состояние… так себе. Но ждет. В общем, дерзайте — мы мешать не будем.

Информация о сбитых ударных поверхностях заставила артефактора заиграть желваками.

А два последних предложения — прижать кулак к сердцу. Я пожал плечами и, оставив его собираться с духом, бесшумно взлетел вверх по лестнице, добрался до своей спальни, улегся рядом с супругой, сгреб ее в объятия и превратился в слух.

Да-да, именно в слух, хотя мог попросить Дайну вывести на экран визора картинку с видеокамеры в гостиной или вывесить голограмму. К слову, вслушивался тоже не в происходящее за двумя стенами, а в голос БИУС-а, контролировавшего ситуацию. Ибо не хотел подслушивать настолько личный разговор. В итоге двадцать шесть минут пребывания в серьезнейшем напряжении показались вечностью. А несколько комментариев личной помощницы ни разу не успокоили. Поэтому на осторожный стук в дверь я отреагировал несколько неадекватно — выстрелил собой в ее сторону чуть ли не раньше, чем раскрыл объятия. И, сдвинув створку в сторону, встревоженно уставился в глаза заплаканной подруге.

Оля с Ирой, естественно, оказались рядом буквально через мгновение и тоже прикипели взглядами к ее личику.

Света облизала искусанные губы и… решительно тряхнула головой:

— Папа подал на развод. Дед и тесть в бешенстве, ведь он посмел пойти наперекор их воле.

Выкатили ему ультиматум. А он уперся и заявил, что разведется с этой сукой даже в том случае, если ради этого придется выйти из рода. Потом сбросил звонок, выключил телефон, приехал сюда, извинился и… дал слово, что больше никогда не позволит кому бы то ни было становиться между ним и мною. Сейчас собирается в Новомосковск — личные проблемы личными проблемами, а обязательства перед его клиентами никто не отменял. Я… хотела бы поехать с ним. И поддерживать. До тех пор, пока ситуация не нормализуется… так или иначе. Вы… не обидитесь?

Я притянул ее к себе, ласково поцеловал в лоб и одурел, почувствовав, с какой силой Уфимцева сцепила руки на моей пояснице. Вот и тупил. Почти минуту. Ласково гладя спинку, то и дело сотрясаемую нервной дрожью. Потом растрепал девчонке волосы и мягко улыбнулся:

— Ты ведь уже поняла наш ответ, верно?

— Да… — еле слышно выдохнула она и вжалась в меня еще энергичнее.