Онлайн-библиотека книг
Спасибо за гуманизм и пусть молчаливую, но сердечную поддержку, подруга!
— Никогда не думала, что сосредоточение на придумывании ехидной эпитафии кому-то может показаться молчаливой поддержкой… — «удивленно» пробормотала мелкая и сказала что-то еще, но эти слова заглушил наш смех.
Павел наверняка расстроился, но продолжил валять дурака и веселил нас еще минут десять. Повисел бы на линии и дольше, но стоило нашему «Бурану» вырулить из-за очередного поворота трассы на участок, с которого было видно Александров, как я прервал бардак, сообщил Максакову, что мы подъезжаем, выслушал пожелание удачи и скинул вызов…
…Промежуток времени с половины десятого до половины двенадцатого дался мне тяжелее всего: мало того, что Янковский с Кутеповым нервничали сами и заражали беспокойством свою свиту, пилотов-испытателей, механиков, врача, членов съемочной группы, рекламщиков и кого-то там еще, так этой парочке чуть ли не каждые четверть часа названивало Большое Начальство, тоже пребывавшее в сильнейшем напряжении.
Доступ им, конечно же, предоставили — так, вроде бы, полагалось по регламенту — и не мешали проверять наличие специальной ультрафиолетовой маркировки, нанесенной ими же на все и вся еще в четверг. Но как только артефактный комплекс «Единички» парализовал одного из членов «высокой комиссии», я выстрелил собой вперед, и сразу после выхода из рывка вышиб из правой руки уродца какую-то электронную приблуду. Верхние конечности тоже завернул «с запасом» и, судя по хрусту связок, некоторые либо сильно растянул, либо порвал.
Кстати, мои дамы тоже не бездействовали: Оля сбила с ног и надежно зафиксировала на полу самого рослого и мордастого члена комиссии, Света почти в том же стиле «положила» утонченного франта, а Ира ненамного позже этих оторв взяла на болевой четвертого и держала до появления полиции.
