Беркут (Щегол-3)

В салон, в котором, по словам Уфимцевой, одевались куда более известные личности, чем мы, соответственно, эксцессов типа атаки толпы журналистов можно было не бояться.

Салон оказался трехэтажным магазином, в котором можно было найти все, что угодно, начиная с классических костюмов-троек и заканчивая самыми безумными изысками современной моды. Нам требовалось нечто среднее — наряды для посещения премьеры новой программы сатирической шоу-группы «Аккорд» — и стайка продавцов-консультантов приготовилась заваливать нас десятками вариантов.

Ага, так им это и удалось — Иришка прогулялась мимо «строя» манекенов, полок, вешалок и витрин, «уложила в голове впечатления об увиденном» и пошла на второй круг. На этот раз — в сопровождении пары сотрудниц. По дороге показывала конкретные вещи и называла размеры. Да, иногда ошибалась. Но только для вида. И «выбрала» то ли четыре, то ли пять шмоток, которые потом сама же и забраковала.

В общем, процесс нисколько не утомил.

В смысле, меня — я сидел в так называемой «семейной примерочной», пил чай со свежайшим миндальным печеньем и любовался «своими» красавицами, периодически возникавшими в поле зрения. А от силы минут через пятьдесят показался им. Всего в четырех вариантах, понравившихся и девчонкам, и мне.

Там же, в салоне, и переоделись. Поэтому к месту встречи с Максаковым и Компанией — на открытую стоянку рядом с перекрестком Каштановой аллеи и улицы Маврина — прибыли готовыми ко всему на свете и чуть раньше, чем планировалось.

Там мои оторвы заметили вывеску кафе «Белое Безмолвие» и, конечно же, захотели поесть мороженого. Но стоило мне кивнуть и потянуться к ручке двери, Уфимцева попросила минуточку внимания и поделилась кое-какими мыслями:

— Я все никак не могу выбросить из головы Перепелицына. Со стороны он выглядел настоящим добытчиком — рослым, жилистым и резким. Но стоило приблизиться и изучить его энергетику под прозрением, как стало понятно, что все вышеперечисленное — не более, чем парадная картинка.

Ибо ядро и магистральные каналы Одаренного лет двадцати пяти-двадцати семи, не вылезающего из Пятна, обязаны светиться значительно ярче! А этот, прости господи, павлин тянет либо на хорошего Ратника, либо на дохлого Воина, то есть, слабее нас с Олей!!!

— Не-не-не, до седьмого ранга Алексей Антонович пока еще не дорос… — усмехнулся я. — Так что намного слабее вас.