Беркут (Щегол-3)

Первую, чуть было не заставившую заорать от восторга, отложил в долгий ящик, а вторую, на пару порядков менее важную, озвучил:

— Мне кажется, что вы смотрите на проблему под одним-единственным углом и в упор не видите очевидных решений…

— Каких именно?

— Мы знаем, какие именно овраги облюбовали змеи. И в данный момент их там нет. Ну, и что мешает вашим Слугам заказать толковым артефакторам разработку и создание механических или магических ловушек, рассчитанных на уничтожение высокоранговых пресмыкающихся, потом доставить готовые приблуды сюда и установить под нашим присмотром?"

"— Да, в общем-то, ничего… — после небольшой паузы пробормотала она, нервно облизала тонкие губы и уставилась на Уфимцеву: — Света, скажите, пожалуйста, ваш глубокоуважаемый батюшка может взяться за такую задачу?

Мелкая уверенно кивнула:

— Думаю, да.

…На заимку приперлись в первом часу ночи. Ксения Станиславовна, основательно вымотанная дорогой, через силу поблагодарила нас за помощь в «доставке ее немощного тельца под благословенный магофон шестого ранга», подождала, пока «мутанты» занесут и выгрузят оба неподъемных рюкзака в ее комнату-убежище, отправила их «погулять» и обратилась ко мне с просьбой:

— Игнат, согласно нашим договоренностям, я должна отправить своих людей обратно.

Я представил ее прогулку от дома до колодца и обратно в поле зрения какой-нибудь хищной птицы, мысленно ужаснулся и невольно вздохнул:

— Ксения Станиславовна, прогуливаться к колодцу и обратно тут, мягко выражаясь, очень небезопасно: да, зверье мы повыбили. А хищных птиц — нет. Рекомендованные правила поведения на заимке я перечислю после того, как вы как следует выспитесь, а пока обойдусь одним словом: оставляйте.

Она прижала ладонь к области сердца, жестом подозвала к себе мужика по имени Якуб, сообщила, что он остается с ней, и распорядилась отправить остальных Слуг обратно к катеру.

После того, как они вышли за ворота, снова собралась с силами, «бодренько» пожелала нам добрых снов, оперлась на предплечье «мутанта» и держала спину до тех пор, пока не скрылась за дверью «большого сруба».