Беркут (Щегол-3)

Харитон Павлович, Семен Харитонович и трое особо преданных им сотрудников СБ рода гарантированно сядут. Причем надолго — остальные пятеро СБ-шников предпочли большим срокам сотрудничество со следствием и раскололись до самой задницы. По непроверенным слухам, ИСБ нашло и беглого начальника СБ. Но за время пребывания на свободе он успел слить Александре Ярославовне море компромата на ее муженька и любимого свекра. Вероятнее всего, в попытке упасть под нее и получить теплое местечко в роду Крикалевых. Женщина, конечно же, психанула и вчера утром подала на развод.

А в воскресенье собирается забрать сына, собственноручно избить до полусмерти и плотно заняться его перевоспитанием.

Я представил все описанное и невольно вздохнул:

— Тетка она целеустремленная. А значит, через какое-то время объявится снова и попробует прогнуть меня под новый род.

— Верно. Но она потеряла темп. Так что уже не сможет купить коттедж в нашем поселке и, как Крикалева, не потянет роль влиятельной аристократки-благодетельницы, ибо этот род — даже не из первой сотни.

— Насчет коттеджа уверена? — нахмурившись, спросил я. — Один из трех первых, вон, перекупил Уфимцев.

— Он воспользовался последним имевшимся шансом. Так что уверена.

Я удовлетворенно кивнул и предложил продолжать.

— Чуть позже… — буркнула она и сообщила, что меня набирает Ляпишев.

Так оно, собственно, и оказалось — через мгновение ожил телефон, и мне пришлось принять звонок.

Полковник поздоровался, поинтересовался, удобно ли мне говорить, дождался утвердительного ответа и без раскачки перешел к делу:

— Как ни обидно это признавать, никаких подвижек в расследовании уголовного дела о попытке похищения вашей супруги пока нет.

Более того, не сработала даже мини-провокация, устроенная нами: за время дежурства толпы журналистов рядом с КПП вашего поселка мы не засекли никакого стороннего интереса к настолько перспективной возможности подобраться к вам и Ольге Ивановне на расстояние атаки. Зато сегодня состоялось закрытое заседание военного трибунала, во время которого был вынесен обвинительный приговор Леониду Елисеевичу Колыванову…

Когда он сообщил, что писаки приперлись по мою душу не просто так, я мысленно хмыкнул.

А после того, как услышал последнее утверждение, спросил, что «прилетело» ИСБ-шнику."

"— Высшая мера наказания… — ответил Дмитрий Львович и с легким злорадством в голосе добавил, что приговор окончательный и обжалованию не подлежит, так что будет приведен в исполнение в ближайшее время.