Берлинский синдром

Она старается наносить прямые порезы: не хочет, чтобы новый порез пересекся с каким-нибудь из старых, уже привычных. Такое ощущение, что она наносит порезы на бумагу; боль пронзает тело и превращается в покалывание в кончиках пальцев. Нет, она лжет, это вообще ни на что не похоже. Кровь капает на кусочки пазла. Температура крови такая же, как и кожи. Возможно, она сама уже не тяжелая, но, по крайней мере, знает, что ей тепло."

"Интересно, что произойдет, если… Но она останавливает себя. Энди, когда объясняет, не использует в формулировках «возможно» и «если», и ей хочется быть такой же определенной.

Может, эта прямота и относится к области языка, но и в этом случае она бодрит, в сравнении с чересчур подробными и бессмысленными речами многих людей, которых она знает, включая себя. ( «Знала», — поправляет она себя. Людей, которых она знала.) Незаконченные предложения, неправильное употребление предлогов, существительные, лениво замаскированные под глаголы. Она жаждет полных предложений и развития повествования в заданном направлении.

Ее дни и ночи кажутся более реальными, чем когда-либо прежде. Здесь, в квартире Энди, она прямо сейчас проживает дистилляцию своей прежней жизни. Впервые живет в настоящем, потому что больше нет другого места, где она могла бы находиться. Ее прошлое и будущее для нее недосягаемы, она свободна от обязательств перед ними.

Клэр ждет, пока кровь свернется, с удивлением рассматривая, как она справляется с выходом в новый мир, а затем кладет нож на стол, подбирает с пола кусочки пазла и принимается выкладывать картинку.

Отныне, когда бы она ни доставала этот пазл, она достает и нож, он лежит на столе, пока она перемешивает кусочки. Они цепляются друг за друга, и она разъединяет их Она отбирает фрагменты, образующие край картинки, ищет четыре угла. В пазле присутствует вся палитра индиго и голубого, яркие оранжевые и желтые блики отражаются от поверхности кусочков. Со временем она обнаруживает, что на картинке изображен горизонт Сиднея, вид, который ей хорошо знаком, как полагал Энди, покупая этот пазл.

Она догадалась по кусочкам, на которых изображены фрагменты парусов Оперного театра. Для таких моментов узнавания ей следует завести дневник. Для момента, когда какое-то место ощущается как дом, когда песня становится привычной, а любовник — знакомым, для моментов, которые больше не повторятся.

В месте, где кровь соприкасается с воздухом, порезы на поминают ей о том, каким образом ее тело все еще принадлежит ей самой.